Jump to content

otis93

Масоны
  • Posts

    1,024
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    102

otis93 last won the day on May 6

otis93 had the most liked content!

7 Followers

About otis93

  • Birthday 08/25/1978

Контакты

  • Сайт
    http://apokrif93.com

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Город
    Калининград
  • Интересы
    масонство, оккультизм, биология, скаутинг, литературное творчество, настолки

Recent Profile Visitors

The recent visitors block is disabled and is not being shown to other users.

otis93's Achievements

Ветеран форума

Ветеран форума (5/5)

508

Reputation

  1. Вышел 8-й номер журнала "Философский Камень" - http://apokrif93.com/apokrif/fk08.pdf . В выпуск вошли следующие материалы: Рубрика "Чертежи": Вместо преамбулы Рубрика "Краеугольный камень": Масонство и война Табели Египетского масонства Калиостро. Тайны ста степеней (Продолжение) Рубрика "Грубый камень": Небесные предки Определение Магии или сути своих занятий Масонство во время Второй Мировой войны Масонство при нацистском режиме Великий Восток Италии и его многовековая история (Фрагменты) Хартия Карнаро 1920 года Итальянские Угольщики начала XIX века (Окончание) Значение звезды Давида на «языке птиц» царя Соломона Рубрика "Замковый камень": Посвящение Масонство и практика бизнеса «Правильно заданный вопрос приближает вас к истине» Как я стал Карбонарием «Брат наш, Великий Мастер Вселенной»: Иисус Христос как прообраз Мастера Карбонария Этологические основы Справедливости Рубрика "Свободный камень": Призрачный бар Росток сакуры Из Дивана Абу-ль-Аля аль-Маарри Из Дивана Хусейна ибн Мансура аль-Халладжа Хаджу Кермани. Газель №282 Газели Брата Романа А. Рубаи Брата Романа А. Касание руки Мастера
  2. Масонство во время Второй Мировой войны Пер. с французского Бр. Роман А. Источник: Franc-maçonnerie durant la Seconde Guerre mondiale (https://fr.wikipedia.org/wiki/Franc-maçonnerie_durant_la_Seconde_Guerre_mondiale). Во время Второй Мировой войны масонство подвергалось репрессиям и запретам в большинстве стран Европы. Оно было предметом антимасонской пропаганды тоталитарных режимов с начала 1930-х годов, с первых моментов войны, во всех европейских странах, находящихся под нацистской оккупацией. В конце войны европейскому масонству, почти уничтоженному, потребовалось много лет, чтобы воссоздать себя, возродить работу своих лож и обновить свою действующий состав. В этот период многие масоны во Франции и Европе ушли в подполье и создали сети сопротивления или присоединились к ним. Другие (меньшинство, и часто из-за антисемитизма или политической идеологии) выбрали путь коллаборационизма, отказавшись от своих масонских клятв. Для преследований или запретов хватало одного лишь факта членства, и в этот период погибли многие масоны, независимо от того, участвовали они в сопротивлении или нет. История В отличие от своего пути через Первую Мировую войну, когда послушания обязывались поддерживать свои нации, в первой половине XX века масонство видело установление в Европе в той или иной степени авторитарных режимов, а также тоталитарных государств. В конце концов, эти режимы урезают или подавляют все общественные свободы, уничтожая все системы гражданского представительства, и масонство становится одной из первых жертв. Диктатуры — фашистские, нацистские и коммунистические — будут систематически искоренять ложи и масонские послушания в масштабных репрессивных процессах. Благодаря присущему клерикализму Франко достиг высот в репрессиях, сделав масонство привилегированной мишенью. Таким образом, более или менее радикально, масонство постепенно исчезло из авторитарной Европы: из Советской России с 1919 года, из Германии — с его полным запретом в 1934 году, из Испании — в 1939 году с продвижением франкизма. Нацистские вторжения, положившие начало Второй Мировой войне, имели конечным следствием почти полное уничтожение европейского масонства; редкие страны избежали авторитарных эксцессов своего режима, оказавшись под нацистской оккупацией или, после военного поражения, под руководством коллаборационистских режимов, которые работали над искоренением масонства. После этих периодов антимасонства и гонений масонская традиция, восходящая в некоторых европейских странах к XVIII веку, полностью исчезла. Германия Когда в январе 1930 года к власти пришёл Гитлер, антимасонство и антисемитизм уже широко внедрялись в немецком обществе консервативными кругами и нацистами, которые совместно осуждали «орудие в руках евреев». Несовместимость членства в масонстве и нацистской партии была заявлена Рудольфом Гессом ещё в 1931 году. В ответ на этот рост антимасонства лидеры основных немецких сторонников так называемого «прусского» течения принесли присягу нацистскому режиму. Их Ордена были определены как христианские, а в ритуалы внесены изменения, чтобы добавить туда отсылки, более соответствующие идеологии Гитлера. Три Великие ложи Германии — Великая ложа Гамбурга, Великая ложа «Три глобуса» и Великая национальная ложа масонов Германии — тяготеют к немецко-христианским орденам с тамплиерским оттенком и телеграфно заверяют Гитлера в своей лояльности. Разорвав отношения с крупными зарубежными ложами, они изгоняют из своих рядов масонов еврейского происхождения или поддержавших Веймарскую республику. Несмотря на эту лояльность части своих послушаний, немецкое масонство не пережило разрушения, постигшего европейское масонство несколько лет спустя. С февраля 1933 года над его членами стало совершаться насилие, его имущество разграблялось, происходили многочисленные аресты и депортации. Все Великие ложи Германии прекращают свою деятельность. Постановление, подписанное Германом Герингом в 1934 году, предписывает роспуск всех лож. Несмотря на оставшиеся безрезультатными протесты в адрес Гитлера, прусские Великие ложи провели своё последнее собрание 9 августа 1935 года. Документы, известные на 2018 год, насчитывают после репрессий режима 1265 погибших масонов, большинство из которых были евреями или сторонниками Веймарской республики. Среди жертв, в частности, оказался Карл фон Осецкий, писатель-пацифист и лауреат Нобелевской премии 1935 года. Немецкое масонство первым исчезло из Европы, задолго до начала военных действий. Тем не менее, оно выживает в рассеянном виде благодаря нескольким ложам, открытым в Палестине или в Южной Америке так называемым «гуманитарным» течением, близким к французским либеральным послушаниям и включающим восемь послушаний и около 18 000 членов. Последние делают выбор в пользу самороспуска на немецкой земле после прихода Гитлера к власти и в ожидании лучших времён. Карл фон Осецкий, заключённый 83-93516-0010 Испания Цепкая ненависть к масонству испанского диктатора Франсиско Франко утверждается даже в последних речах перед его смертью. С момента своего появления — и никогда не отказываясь от этого — режим Франко продемонстрировал настоящую антимасонскую непримиримость, являющуюся частью национал-католического и антиреволюционного духа, который характеризует основу диктатуры Франко. После победы франкистов в 1937-1938 годах были созданы офисы и делегации, отвечающие за перепись всех масонских документов в стране, каковых было собрано более пяти миллионов. Указ от 21 декабря 1938 года предписывает уничтожать всю масонскую символику, особенно на кладбищах. За этим указом следует требование Франко принять закон, направленный на ретроспективное подавление масонов. Если это не будет сделано немедленно, репрессии должны увенчаться общим законом, целью которого станет подавление масонства, коммунизма и всех так называемых подпольных обществ, которые «выражают подрывные идеи против религии и государственных институтов». Для применения этого закона в июне 1940 годна был создан особый трибунал. Он приступил к работе в 1941 году и выносил приговоры о высылке из страны, понижении в должности, изгнании с государственной службы, осуждении политических изгнанников заочно, доходя до того, что судил и осуждал посмертно. Используя конфискованные документы, суд составил более 80 000 дел на 5 000 активных с 1930 года членов испанского масонства, все они были осуждены. Этот трибунал действовал до 1963 года, а затем был отменён, поскольку Франко обнаружил, что в Испании не осталось ни живых, ни мёртвых масонов, которых ещё следовало бы осудить. Румыния Масонство в Румынии до войны рассматривалось союзом Православной церкви и румынской нации как сектантская инаковость, обвиняемая в нападках на национальное чувство и христианскую идею. 11 марта 1937 года Синод православной церкви яростно выступил против этой «секты». Церковь осудила её как доктрину и оккультную организацию, целью которой является установление универсальной и светской республики. Король Кароль, отменивший все системы демократического политического представительства в 1938 году, назначил главой правительства православного патриарха Румынии, ставшего антимасоном, хотя какое-то время он был членом Национальной Великой ложи Румынии. Положение евреев, масонов и цыган ухудшается при правительстве Йона Антонеску. Здание Национальной Великой ложи Румынии передаётся гражданскому суду. Том Петреску представляет в Бухаресте антимасонскую выставку, а также издаёт (и несколько раз переиздаёт до 1944 года) книгу о «масонском заговоре», на её страницах разоблачается 1500 масонов. Некоторые осуждены и интернированы, другие казнены. Норвегия В апреле 1940 года армии Третьего Рейха вторгаются в Данию и Норвегию. После нескольких недель боев они оккупируют эти страны. Рейхскомиссар в Норвегии Йозеф Тербовен формирует правительство во главе с консерватором Ингомфом Кристенсеном. В 1942 году Видкун Квислинг, лидер ультраправой партии «Национальное собрание» («Nasjonal Samling»), вновь обретает власть и сразу же начинает проводить политику активного коллаборационизма. К 1940 году норвежское масонство представлено в основном Норвежским Орденом масонов, состоящим из 10 000 членов, и небольшим послушанием немецкого происхождения — Великой ложей Полярной Звезды, — куда входит тысяча членов. С самого начала оккупации ложи были запрещены, имущество Ордена инвентаризировано (в Германию оно передано не было), а большой масонский храм в Осло реквизирован в 1940 году для размещения антимасонской выставки. Возвращение демократии в 1945 году позволило восстановить норвежский Орден во главе с Якобом Хвинденом Хаугом, генералом немецкой армии, находившимся в плену с 1940 по 1945 год. Нидерланды В мае 1940 года Нидерланды были захвачены за несколько дней. Артур Зейсс-Инкварт и лидер националистического движения Антон Мюссер сотрудничают с оккупантами в проекте нацификации общества. Обыски и изъятия масонских помещений начинаются в июне. В сентябре 1940 года храм и музей главного голландского послушания в Гааге подвергаются налёту, у Великого Востока Нидерландов отнимают имущество и архивы, которые уничтожаются или передаются Германии. Послушание на тот момент насчитывало 4100 членов и 67 лож. Последним актом Ордена является издание руководства по выживанию для своих членов. Великий Мастер, бывший генерал Германус ван Тонгерен, не отправившийся в изгнание в Лондон во время вторжения, был арестован и сослан в Ораниенбургский лагерь Заксенхаузен, где умер 29 марта 1941 года (этот лагерь предназначался для политических заключённых, и в нём погибла почти половина из 200 000 интернированных). Однако голландское масонство продолжает существовать на голландских заморских территориях — в Вест-Индии, Гайане, Южной Африке и Ост-Индии. Однако вторжение японской армии на остров Ява положит конец этому присутствию на части этих территорий и привёл к интернированию большинства масонов, а также к конфискации их имущества. Бельгия Жюль Йерно Та же участь постигла в мае 1940 года и Бельгию, которая пала через две недели. Королевство оказалось под военной администрацией под командованием генерала Александра фон Фалькенхаузена. Бельгия, которая, как и многие европейские страны, подверглась натиску яростного антимасонства со стороны экстремистских политических и религиозных кругов в 1930-е годы, увидела, как оккупант и коллаборационист осуществили мечту бельгийских ультраправых об искоренении «жидомасонской секты». Немецкие спецслужбы реквизируют и конфискуют недвижимость и культурное наследие Ордена. Движение «Rex» захватывает храм на улице Лакен, другое агентство коллаборационистов занимает храм на улице Персиль. 30 апреля 1940 года самые агрессивные сотрудники этих движений создают новое антимасонское объединение, Бельгийскую антимасонскую лигу, занимающуюся уничтожением «секты». Она организует антимасонскую выставку в Брюсселе, которую посещает 30 000 человек, и гастролирует с нею по нескольким городам королевства. Она также организует пропагандистские передачи по радио, конференции доносов, обнародует списки имён масонов, издаёт газеты, находящиеся под контролем оккупанта. 20 августа 1941 года военный генерал-губернатор официально запретил масонство, последние активы были конфискованы, архивы переданы в Германию. С тех пор доносам, арестам и осуждениям способствовали в основном коллаборационистские движения Леона Дегрелля и Стафа де Клерка. Было совершено несколько убийств — например, Великий Главнокомандующий Верховного Совета Бельгии Жорж Петр убит 31 мая 1942 года, адвокат Рауль Энгель, бывший Великий Мастер Великого Востока Бельгии — 24 февраля 1943 года, а Жюль Йерно, бывший министр, а также бывший Великий Мастер Великого Востока Бельгии — 29 июля 1944 года. Как и по всей Европе, масоны-иудеи были депортированы. Югославия Подвергнутая вторжению в апреле 1941 года, Югославия была расчленена. Словения присоединена к Германии, и масоны сразу подверглись политике Рейха. Создано хорватское государство, переданное усташской партии Анте Павелича. Первые аресты были быстрыми, усташское государство интернировало около сорока масонов в лагерь Ясеновац. После различных вмешательств некоторые из них были освобождены в апреле 1942 года, но некоторые были убиты — например, граф Иосип Бомбель или юрист Манко Гальярди. Ещё несколько также умерли в результате интернирования. Казнены все масоны-иудеи, такие как физик Славко Хирш или президент еврейской общины Винковцев Игнят Ланг. В Сербии немцы находят полезного сотрудника в лице Милана Недича, который служит их военным и политическим интересам. В свою очередь, ультранационалистическое движение ZBOR во главе с Димитрием Льотичем создаёт с помощью оккупантов корпус сербских добровольцев, которые помогают в антикоммунистической борьбе. В связи с этим 22 октября 1941 года в Белграде начинается большая антимасонская выставка, целью которого является разоблачение жидомасонского и еврейско-коммунистического заговора, якобы ответственных за все пороки сербского общества. За три месяца 60 000 плакатов и 200 000 листовок привлекут на эту выставку 80 000 посетителей. В 1941-1942 годах выпущен ряд антимасонских, антисемитских и антикоммунистических марок. Запрещённое с 1940 года югославское масонство бескровно вышло из войны. История страны и появление конституции советского образца, обнародованной в 1946 году под председательством Тито, до смерти последнего в 1980 году не даёт масонству восстановиться. Масонство считалось буржуазной структурой, и оно прекратила своё существование в этой стране почти на пятьдесят лет. Франция Едва разразилась война, антимасонская пресса обвинила масонов и главным образом Великий Восток Франции в том, что они несут ответственность за враждебные заявления и, в более общем плане, за разжигание войны. Поражение французских армий не позволяет правительству Поля Рейно навязать продолжение войны, Палата представителей, созданная Народным фронтом, передаёт все полномочия маршалу Петену. Последний ненавидит масонство, которое считает «главным виновником нынешних несчастий Франции». На основании конституции правительства Петена подготовлен закон о запрещении тайных обществ, нацеленный в основном на масонов. Он был предложен главе режима Виши 13 августа 1940 года Рафаэлем Алибертом, католическим монархистом, антисемитом и министром юстиции, и Адрианом Марке, коллаборационистом и мэром-социалистом, министром внутренних дел. Постер «Сил оккультизма» (1943), антимасонского фильма режиссёра Жана Мами Не называя масонство по имени, закон от 13 августа 1940 года запрещает тайные общества и реквизирует принадлежащее им имущество. Он наказывает за их воссоздание или сохранение, обязывает государственных служащих отказаться от своих клятв в письменной форме или никогда не вступать в подобные общества под страхом увольнения с занимаемой должности. В декабре 1940 года Министерство внутренних дел начинает расследование тайных обществ, подпадающих под действие закона, и составляет их список, который ограничивается масонскими послушаниями и Теософским обществом. Три декрета запрещают все послушания, первый касается непосредственно Великого Востока Франции и Великой ложи Франции, второй и третий запрещают и распускают все прочие послушания, а также все масонские или парамасонские второстепенные ордена. Целью нацистов и вишистов является тотальное уничтожение масонства, которое происходит через разграбление всего имущества, принадлежащего послушаниям и ложам. На использование активов и архивов администрацией доменов налагается запрет. В августе и ноябре 1941 года вводятся новые законы и положения, ужесточающие антимасонское законодательство. Разработано определение сановников масонских орденов, позволяющее опубликовать список из 18 000 имён. 3000 чиновников народного образования уволены. В 1942 году французское государство и отдел нацистской пропаганды во Франции (Propaganda-Abteilung Frankreich) доверили антимасонский кинопроект Роберу Мюзару, директору компании «Nova-films». Он передаётся на реализацию Полю Рише, также известному как Жан Мами, бывшему масону Великого Востока Франции, который выбирает коллаборационизм. Сценарий написан Жаном Маркесом-Ривьером, масоном Великой ложи Франции, который перешёл к фашизму и антисемитизму. 9 марта 1943 года на парижские экраны выходит фильм «Силы оккультизма» («Forces occultes»), осуждающий «еврейское масонство», чьи оккультные действия заключаются в заговоре против государства, церкви и служении «республиканской плутократии».
  3. Великий Восток Италии и его многовековая история (фрагменты) 1915-1925: От Первой Мировой до фашизма Пер. с итальянского Бр. Роман А. Источник: 1915-1925. Dalla Grande Guerra al Fascismo // Il Grande Oriente d’Italia e la sua storia senza tempo (https://www.grandeoriente.it/chi-siamo/la-storia/1915-1925/). Масонство со всеми своими организациями сплочённо стояло на стороне интервенции вместе с державами Антанты и делало всё возможное для единства интервенционистских демократических сил. Этот проект воплотился с рождением в ноябре 1914 года Центрального комитета интервенционистских партий, продвигаемого масонскими депутатами и сенаторами, принадлежащими к демократическим, радикальным и реформистским социалистическим группам. В дополнение к повторению политики против Тройственного союза, предложения, выдвинутые помощником Великого Мастера Густаво Канти, предвещали экспансионистский план в отношении Далмации и определяли в качестве противников, с которыми нужно бороться, «клерикалов, вечных врагов нашей независимости, нашего единства, всякой свободы, и офицеров-социалистов, или продавшихся германскому варварству, или оказавшихся не в состоянии сформулировать программу, которая бы возвысилась над классовым эгоизмом, мешая усилиям тех итальянцев, которые хотели бы выступить на поле боя против новых гуннов и до победного конца проповедовать нейтралитет». Накануне «светлых майских дней» врагами были уже не Муссолини и националисты, а снова в полной мере вернувшиеся на политическое поле католики и социалисты, которые благодаря своему двусмысленному нейтрализму собирали всё большую и большую поддержку. На периферийном уровне некоторые ложи заняли позицию, отличную от позиции лидеров Великого Востока Италии, защищая нейтралистские позиции, а в некоторых случаях симпатизируя Тройственному союзу. Глубокие политические разногласия, возникшие за три года войны, не могли не сказаться на организации. Как уже упоминалось выше, с конца 1914 года масонство заняло противоречивую позицию по отношению к социалистическим максималистам и зарождавшейся Народной партии, но также были многочисленные критические замечания в адрес либерального мира, связанные с Джованни Джолитти. В очередной раз масонство захотело стать архитектором «прогрессивного демократического блока», который противостоял «клерикально-реакционной коалиции и необдуманным атакам нашего собственного большевизма». Более откровенным был Великий Мастер Эрнесто Натан, который, памятуя о положительном опыте блокады, утверждал, что «демократический блок» должен «собрать вместе в общей программе все партии, которые намерены двигаться вперёд, от демократической конституции к реформистской и республиканской». Опасения бывшего мэра Рима были обоснованы, учитывая большие политические потрясения, характерные для первого послевоенного периода. 6 июня 1919 года итальянские боевые фашисты опубликовали свою программу, в которой содержались многочисленные пункты, ценимые масонством, такие как всеобщее избирательное право для мужчин и женщин, восьмичасовой рабочий день, светская школа и, что не менее важно, притязания на Фиуме и Далмацию. Великий Восток Италии политически и экономически поддержал подготовку предприятия в Фиуме, а сам Торриджани провёл посредническую работу с премьер-министром, пытаясь избежать худшего в те лихорадочные осенние дни 1920 года. В первый послевоенный период итальянская политическая жизнь испытала момент великого спада. Затем Народная партия провела свой первый съезд, как и Национальная ассоциация комбатантов. Всё это происходило, когда страну сотрясало протестное движение против дороговизны и шла подготовка к осенним выборам. Лидеры Великого Востока Италии изо всех сил пытались понять, что роль социальной интеграции и посредничества между буржуазией и рабочим классом, эффективно проводимая организацией в либеральный период, столкнулась с огромными трудностями реализации в условиях глубокого экономического, социального и политического конфликта. Революционное направление, данное Социалистической партии после большевистской революции, также предотвратило любые контакты и повторные предложения союзов между демократическими партиями Рисорджименто и партиями, вдохновлёнными марксизмом. Светское и демократическо-прогрессивное мировоззрение, естественная политическая сторона масонства, вступило в кризис из-за конкуренции, которую вели как Народная партия, решившая принять внеконфессиональный оттенок, так и вооружённые фашисты, поддерживаемые теми, кто видел в войне продолжение Рисорджименто и, напуганный максималистским революционизмом, желал навести порядок. Другим фактором, усугубившим кризис, был переход к пропорциональной избирательной системе, поддерживаемой, среди прочего, масонством, что подорвало светскую и демократическую городскую систему нотаблитетов, которая доминировала на политической сцене в эпоху Джолитти. Это был «блок промежуточных, конституционных, демократических, радикальных, республиканских и реформистских социалистических партий», по выражению Великого Мастера Домицио Торриджани, сменившего умершего в 1919 году Натана, который потерпел поражение на первом посту, — военные выборы, санкционировавшие последовательный успех социалистов и популистов. Великий Мастер Домицио Торриджани. Присутствие масонов в оппозиционных списках заставило задуматься верхушку Великого Востока Италии, которая сочла своим долгом призвать своих сторонников к порядку, подтвердив, что масонство не является политической партией, и что, в отсутствие «масонской партии», симпатии должны были достаться либеральным и демократическим спискам «всех сортов». Хунта решила, что ни одной из сторон не должно предоставляться никакой финансовой помощи. И, с другой стороны, необходимо было воспрепятствовать тому, чтобы партия использовала масонство, так как в нём все политические убеждения пользовались равными правами на существование. Как указывал Конти, «лидеры масонского послушания не могли в полной мере осознать масштабы происходящих в стране перемен и объясняли причины неудач демократических и либеральных партий Рисорджименто случайными и конъюнктурными причинами. Торриджани в данном случае был убеждён, что масонство должно вернуться к более отстранённому положению от повседневной политической борьбы и восстановить тот характер института super partes, призванного выполнять роль руководства и координации сил прогресса, который так много сделал для утверждения этого своего состояния. Эта “сверхпартийная” (super partes) фигура могла приобрести важную роль посредника между средним и народным классами, когда страну потрясла волна забастовок, приведших к захвату заводов в 1920 году». Требуя восстановления государственной власти и, следовательно, общественного порядка, лидеры Великого Востока признавали законными волнения народных классов, поскольку они возникали вследствие безработицы и резкого роста стоимости жизни, и требовали от класса предпринимателей большей деликатности в области социальной справедливости. Защита основных потребностей рабочего класса не означала согласия с социалистами, а тем более с захватчиками фабрик. Как это часто случалось в либеральный период, масонство выступило в качестве посредника в социальных конфликтах и попросило своих членов, занимавших руководящие должности в промышленных ассоциациях, таких как Джино Оливетти, поддержать решение проблемы с помощью арбитража, как того желал министр и «Брат» Артуро Лабриола. Конфиденциальный циркуляр Фашистской национальной партии, разосланный всем федерациям в 1925 году. Содержит информацию и инструкции по борьбе с масонством. Эта равноудалённость воплотилась, с одной стороны, в отказе Торриджани публично осудить борьбу рабочих, чтобы его организация не считалась «органом высшей буржуазии», и в упрёке последней в отказе идти на те уступки, которых «требовало трудное время», с другой — в разоблачении большевистского революционизма, обвиняемого в желании «немедленно, с впечатляющей лёгкостью установить пролетарскую диктатуру, которая на деле есть диктатура демагогического, жадного, неподготовленного меньшинства и отрицание равенства, ибо она нарушает солидарность между людьми и ограничивает её одним классом, а также, открыто отвергая всякую теорию пацифизма, является угрозой и началом гражданской войны». В этой обстановке повышенной напряжённости состоялись административные выборы. Партии, которые масонство всегда считало своими естественными политическими представителями, решили, что для воспрепятствования возвышению народников и социалистов необходимо вместе с фашистами и националистами присоединиться к спискам, называемым «национальными блоками». Кризис светско-демократических партий, выдвинутый на первый план административными властями, немало беспокоил лидеров Великого Востока Италии. Великий Мастер Торриджани зашёл так далеко, что заявил, что «наши партии мертвы», и положительно оценил раскол 1921 года, приведший к рождению Коммунистической партии Италии, надеясь восстановить отношения с социалистами-реформистами, воссоздав тот «светско-социалистический блок», который получил широкое признание в начале XX века. Потеряв свои политические ориентиры, масонство стремилось сделать свою роль в послевоенном обществе узнаваемой, поддерживая новые субъекты — такие как средний класс, — в первую очередь, через их экономические и профессиональные организации. Это также объясняет всплеск сплочённости, который произошёл между 1920 и 1923 годами. Другая проблема, с которой пришлось столкнуться лидерам Великого Востока Италии, заключалась в отношениях с фашистским движением тогда, когда было развязано массовое насилие; Торриджани и его сотрудники пытались сдержать и обуздать фашизм, осуждая насилие, когда оно не использовалось в оборонительных целях, и чрезмерную подчинённость индустриальному миру. Не стоило брать как масонскому органу никакой ответственности за фашизм, который должен был «утратить весь антидемократический дух и цвет» и стать «духовной тенденцией патриотизма и демократического обновления в итальянской жизни». Этими словами правительство Ордена выразило осуждение насилия, но также и глубокое сочувствие всем «патриотически настроенным» силам, выступавшим против большевистского революционизма. Из этой атмосферы «патриотического мистицизма», которая воодушевляла ложи, возник сборный состав, сформированный из левых интервенционистов (социал-реформистов, республиканцев, радикалов), националистов, футуристов, революционных синдикалистов и анархо-интервенционистов. Что касается этой расстановки, то Муссолини представил себя самым решительным защитником идеальных причин войны, тем самым снискав консенсус в партиях с глубокими светскими и демократическими корнями, таких как Республиканская, которая, наряду с Радикальной, имела прочный фундамент в Великом Востоке Италии. Сама программа «Сансепольхризма» («Sansepolcrismo») вобрала в себя многие масонские идеалы, даже если участие масонского «Палаццо Джустиниани» («Palazzo Giustiniani») в появлении вооружённых фашистов было совершенно маргинальным, и исторически неверно прослеживать в нём поведение аффилированных членов, движимых исключительно личными мотивами и совершенно не связанных с адресом лож. Масонский храм после погрома чернорубашечников. Кто бы ни пытался во что бы то ни стало обвинить масонство в том, что оно было повивальной бабкой фашизма, не понимает или не хочет понять, что послушания представляли собой мозаику тенденций и отдельных индивидуумов, не действовавших единообразно, и, прежде всего, что они опираются на собственное происхождение и идеологические убеждения Общества. Поэтому от осторожной и выжидательной позиции, занимаемой в период с 1919 по 1921 год, мы переходим к позиции более критической, когда фашистское насилие начало разрастаться. На политических выборах 1921 г. позиция Великого Востока осталась неизменной: поддержка светских демократических формирований и тех кандидатов, которые продемонстрировали последовательные патриотические настроения; но в очередной раз избирательные урны порадовали социалистов и народников, а присутствие депутатов-масонов ещё более ограничили. В те дни происходил развод между фашизмом и масонством. В первой своей речи после выборов Муссолини официально начал долгий поход к католической церкви, непременным условием которого было уничтожение масонства и антиклерикального движения в целом. Речь дуче привела в замешательство лидеров Великого Востока Италии, но в данном случае возобладал двусмысленный выбор Великого Мастера, который не стал занимать позицию из-за опасений, что, если попытаться поддержать левых, возможно установление профашистского подчинения, как полагали некоторые ложи. «Фундаментальное обязательство защищать принципы демократии», предусмотренное масонскими конституциями, плохо сочеталось с отсутствием явного осуждения антидемократического движения, которое сделало насилие одним из инструментов своей политической борьбы. Кроме того, большинство масонов было против любой примирительной открытости и поэтому было политически враждебно народу. В конце 1922 — начале 1923 года, несмотря на многочисленные разногласия в отношении неизбирательного применения насилия, Великий Мастер попытался воссоединиться с фашизмом в знаменитом письме, которое фашистское руководство поспешило распространить в печати. Это воссоединение было рождено также необходимостью сдерживать враждебность националистов и, прежде всего, Великой Ложи Италии, которая, как утверждал Ренцо де Феличе, была ближе к фашизму и не без причины производила впечатление людей, готовых принести на алтарь своей борьбы с «Палаццо Джустиниани» добрую толику своей демократичности и стремления к справедливости. Проект джустинианских лидеров заключался в том, чтобы использовать разногласия между консерваторами, националистами и фашистами, дабы заставить последних двигаться влево, оторвав их от консервативных сил и приблизив к рабочим массам. Фашистская же политика пошла совсем в другом направлении, приведя к кризису даже среди тех масонов и либералов, которые искренне и наивно поддерживали Муссолини. Непримиримость в отношении католической церкви вынудила Большой фашистский совет в начале 1923 года объявить о несовместимости между членством в Национальной фашистской партии и в масонских организациях. Когда революционная фаза закончилась, и фашизм приобрёл институциональную роль, ему стало необходимо установить добрые отношения с церковью и с католиками; поэтому стало недопустимо, чтобы среди его сторонников были организации, направленные на защиту светского государства. Светского государства, приверженность которому Великий Восток Италии подтвердил в своей программе во время ежегодного собрания 1923 года именно потому, что сама либеральная масонская традиция продвигала «секуляризм в самом строгом его понимании, свободу во всех её проявлениях, народный суверенитет, незыблемую основу нашей гражданской жизни». Даже если Торриджани продолжал защищать ориентир, требующий подчинения установленному порядку, было ясно, что все возможности для посредничества исчерпаны. С этого момента фашисты прибегли к проверенной тактике превентивного запугивания оппозиции, дав зелёный свет эскадронному террору. Жалобы, направленные министру юстиции, не помогли справиться с этой волной насилия, хотя «Масонский журнал» («Rivista massonica») только что начал публиковать колонку, в которой рассказывалось об индивидуальном насилии и опустошении лож. Торриджани, убеждённый в том, что среди фашистов ещё есть сторонники законности, поддерживал в политике 1924 года, помимо традиционных демократических списков, даже те, в которые входили фашисты-диссиденты. Однако победа так называемой «планки», контролируемой фашистами, погасила последние надежды, подготовив почву для решительной антифашистской позиции Великого Востока Италии, которая стала очевидной после убийства Джакомо Маттеотти. В ответ Муссолини заявил, что к врагам его партии необходимо «добавить Джустинианское масонство, официально объявившее войну фашизму». Уточнение «Джустинианское» было весьма уместно, поскольку Великая Ложа Италии и, в частности, её Великий Мастер Рауль Палерми даже после убийства Маттеотти подтвердили Муссолини свою личную лояльность и лояльность всего Общества, вплоть до обвинения Великого Востока Италии в отдельных воззваниях в том, что он был зачинщиком убийства социалистического лидера, дабы скомпрометировать и дискредитировать фашизм. Джованни Бекчолини, убитый фашистской эскадрой 4 октября 1925 года. Ему было 26 лет. Спираль насилия, которая не пощадила ни одну ложу, несколько раз доходя до нападений при соучастии полиции на историческое место «Палаццо Джустиниани», достигла своего апогея во Флоренции между 25 сентября и 4 октября 1925 года, когда начался свирепый дружный погром против членов и имущества противников фашизма и, прежде всего, против масонов: среди убитых был Брат Джованни Бекчолини, бросившийся защищать своего Досточтимого Мастера; месяц спустя масон Тито Занибони, бывший солдат с высокими наградами, был арестован при попытке застрелить будущего дуче после тщательной полицейской слежки за подготовкой нападения в течение нескольких недель; затем последовали арест генерала и масона Луиджи Капелло, считавшегося его сообщником, захват полицией масонских кабинетов и новая волна насилия. 6 сентября 1925 года в «Палаццо Джустиниани» прошла регулярная Ассамблея. Переизбрание Торриджани путём всеобщего голосования в качестве Великого Мастера и, подавляющим большинством голосов, Меони в качестве его помощника стало — в дополнение к количественным показателям, указывающим на постоянство числа масонов — демонстрацией силы и компактности также благодаря внутренним реформам, проведённым в прошлые годы — в частности, той, которая санкционировала типично итальянскую аномалию, которая уже была создана по случаю Учредительного собрания 1864 года. Итальянское масонское послушание, регулярно признаваемое на международном уровне, было основано как структура, основанная на двух Уставах: Итальянском Символическом Уставе и Древнем и Принятом Шотландском Уставе. Великий Восток был конфедеративным органом с административными функциями координации и внешнего представительства, но без собственной базы лож. Исходя из этого, любая мастерская, которая «вошла» в Великий Восток или «родилась» в нём, должна была выбирать, быть ли ей Символической или Шотландской, и, следовательно, зависеть от руководящих органов Устава, к которому она принадлежит. Если профан вступал в ложу «Шотландского Устава» в степени «Ученика», он становился частью ДШПУ, следовал определённым ритуалам и подчинялся правилам, продиктованным Уставом. С другой стороны, те, кто вступал в Символическую ложу, должны были соблюдать другие ритуалы, другие правила и, прежде всего, ipso facto отказывались от получения степеней выше третьей. Эта ситуация, которая не была частью либеральной масонской традиции, особенно англо-саксонской и американской, где существовали очень чёткие отношения между Орденом и Уставами, безусловно, была одной из причин холодности отношений, существовавших с Объединённой Великой Ложей Англии, которая, хотя и считала подобную структуру неправильной с масонской точки зрения, никогда не подвергала сомнению законное масонское происхождение Великого Востока Италии. Этот «компромисс» был отменён в 1922 году, когда законом было установлено, что Великий Восток обладает полномочиями и юрисдикцией в отношении первых трёх степеней, и что все ложи подчиняются ему (в то время как Уставы управляли высшими степенями, включая, в отдельных органах, и третью). Несмотря на энтузиазм, которым была ознаменована Ассамблея 1925 года, теперь судьба Ордена была решена. Письмо префекта Рима министру внутренних дел против Домицио Торриджани, которого режим считает подрывным элементом. В те месяцы набирал обороты законодательный процесс, который ставил масонство вне закона, хотя и не называл его прямо. 20 ноября это положение стало во всех отношениях государственным законом, а через два дня Торриджани издал декрет о роспуске всех лож Королевства и всех «масонских объединений любого характера», за исключением тех, что действовали за границей, оставляя за собой задачу продолжить жизнь Ордена на Великом Востоке. Фашистская диктатура систематически сближала эскадренный терроризм с парламентскими действиями, чтобы вывести из игры масонство, которое, согласно недвусмысленным заявлениям заместителя секретаря Национальной фашистской партии Джорджио Маси, считалось «единственной конкретной организацией того демократического менталитета, гнусно и непримиримо враждебного нашей партии и идее нашей Нации; оно и только оно позволяет различным буржуазным и социалистическим партиям, парламентской и несистемной оппозиции сопротивляться, продолжать своё существование и согласованно действовать». Именно в этот логический момент, по выражению, употреблённому Бенедетто Кроче тем же 20 ноября, последовало «разрушение либеральной системы». И оно было фактически углублено в течение следующего года. Это было всё-таки нападение, выстрел, произведённый в дуче 26 октября 1926 года в Болонье молодым Антео Дзамбони — тут же убитым телохранителями Муссолини, — чтобы предоставить фашистам право на очередную волну физического насилия, за которым вскоре последовало правовое насилие, доведённое до высшей степени: то есть, обнародование в ноябре «исключительных законов», которые распускали все партии, кроме фашистской, объявляли свободно избранных депутатов недействительными, подавляли свободу печати и устанавливали специальный трибунал в отношении противников фашизма. Торриджани, обвинённый в связях с врагами за границей, был приговорён к заключению сперва в Липари, а затем в Понце. Та же участь постигла помощника Великого Мастера Меони, высокопоставленных офицеров Великого Востока Италии, таких как генералы Роберто Бенчивенья и Луиджи Капелло, скульптор Джузеппе Гуасталла и юрист Уго Ленци. Пожилой Этторе Феррари, несмотря на то, что несколько раз опустошал студию своего скульптора, избежал заключения только благодаря своему шаткому состоянию здоровья. Напротив, Джованни Амендола заплатил за свой антифашизм жизнью. Однако Великий Восток Италии не исчез. Он продолжал тайно существовать в стране, в то же время приступив к утомительной работе по воссозданию собственных структур за пределами национальных границ. 1925-1945: Антифашистская приверженность Великого Востока Италии в изгнании Пер. с итальянского Бр. Роман А. Источник: 1925-1945. L’impegno antifascista del Grande Oriente d’Italia in esilio // Il Grande Oriente d’Italia e la sua storia senza tempo (https://www.grandeoriente.it/chi-siamo/la-storia/1915-1925/). В разгар насилия, развязанного после нападения на Антео Дзамбони, многие политики-антифашисты уехали за границу: среди них масоны Эудженио Кьеза, Чиприано Факкинетти, Марио Анджелони, Аурелио Натоли, Джузеппе Чиостерджи, которые обосновались в Женеве, настоящем нервном центре, предназначенном для приёма многочисленных антифашистов, в числе которых — социалиств Алессандро Пертини — Рандольфо Паччарди, Артуро Лабриола, Сильвио Трентин и Джузеппе Лети. Последний, благодаря почёту, которым он пользовался во всех кругах, будет выполнять существенные задачи посредничества и связи между политическими инициативами изгнанников: когда в апреле 1927 г. будет создано «Антифашистское содружество» («Concentrazione antifascista»), к которому присоединится Итальянская социалистическая партия (Partito socialista italiano, PSI), Унитарная социалистическая партия итальянских рабочих (Partito socialista unitario dei lavoratori italiani, PSULI), Всеобщая итальянская конфедерация труда (Confederazione generale italiana del lavoro, CGIL) и Итальянская лига прав человека (Lega italiana dei dirittti dell’uomo, LIDU), а Джузеппе Лети станет его секретарём. Основополагающими для Содружества оказались ресурсы, обеспеченные LIDU, основанной в 1923 году по инициативе группы масонов, уже активно действовавших в демократическом интервенционистском лагере: социалиста-реформатора Луиджи Камполонги, республиканца Натоли, революционного синдикалиста Альцеста Де Амбрис и Убальдо Триака, Достопочтенной ложи «Италия» («Italia») в Париже, подчиняющейся Великой Ложе Франции. LIDU поддерживала Французская лига прав человека (Ligue française des droits de l’homme), организация, насчитывающая 1800 секций и 140 000 членов и являвшаяся высшим выражением радикальной масонской солидарности, сыгравшим ведущую роль в секуляризации французского общества со времён «Дела Дрейфуса». Благодаря Триаке и Камполонги, среди друзей и поклонников которых были Эррио, Блюм и Пуанкаре, LIDU выиграл от положительных контактов с представителями и силами левых радикалов Третьей республики. Хотя таким образом были созданы условия для организованного возобновления итальянского масонства за границей (следует иметь в виду, что ложи, созданные за пределами страны, не подпадали под декрет о роспуске, изданный Торриджани в конце 1925 года), на полуострове тяжёлая судьба Общества отразилась на судьбе его высшего руководства: Великий Мастер, вернувшийся домой в апреле 1927 годна из Прованса, где он лечился по состоянию здоровья, для дачи показаний на процессе над Капелло, был приговорён к заключению и депортирован в Липари; затем его перевели в Понцу, где в 1931 году он основал ложу «Писакане» («Pisacane»), в которую входили Пласидо Мартини и коммунист Сильвио Кампаниле, убитые в Адреатинской резне. Наконец, вернувшись почти слепым в свой дом в Лампореккьо, Торриджани умер 31 августа 1932 года. Великий Мастер Джузеппе Меони, назначенный Торриджани президентом координационного комитета по управлению активами Общества, также был приговорёт в мае 1929 года к пяти годам заключения и депортирован в Понцу; в том же месяце Этторе Феррари был обвинён в попытке реорганизовать масонство. Подписание 11 февраля 1929 года Латеранских договоров между Муссолини и Святым Престолом выглядело как победа анти-Рисорджименто и как окончательное поражение светского общества, представленного в Италии масонством в течение, как минимум, семидесяти лет. Однако если 1929 год был годом поражения противников фашизма, он также зафиксировал их победу, представленную июльским бегством из Липари Росселли, Луссу и масона Франческо Фаусто Нитти: событие должно было продемонстрировать, как согласование между инициативой изгнанников и внутренними действиями может привести к успеху. За этой первой ласточкой возрождения 12 января 1930 года последовало воссоздание в изгнании Великого Востока Италии. За четыре года, предшествовавших восстановлению подчинения «Палаццо Джустиниани в изгнании», эстафета перешла к действующим в Аргентине ложам, не затронутым декретом Торриджани о роспуске, которые под руководством Алессандро Тедески сформировали комитет, решивший продолжить работу, как если бы Великий Восток Италии продолжал существовать, и координировать национальные ложи за пределами полуострова до тех пор, пока не будет восстановлено итальянское подчинение. Несомненно, как указал Тедески в служебной записке, разосланной всем масонским державам, эта инициатива сослужила большую службу «непрерывному выживанию» Великого Востока Италии. В то же время во Франции роль связующего звена между изгнанными масонами выполняла ложа «Италия» и, в частности, её Досточтимый Мастер Убальдо Триака. Из этой мастерской, основанной в 1913 году, родилась «Новая Италия» («Nuova Italia»), чьей конкретной целью было объединить итальянских масонов в изгнании. Её Досточтимым Мастером был председатель парижской секции LIDU Антонио Коэн. Артуро Лабриола. В связи с заключением, на которое были осуждены Великий Мастер Торриджани и его помощник Меони, руководство взял на себя депутат-республиканец Эудженио Кьеза, назначенный вторым помощником Великого Мастера. Последний был хорошо известен не только своей верностью в качестве республиканца и руководителя LIDU, но и своей смелой речью в Палате 12 июня 1924 года, через несколько дней после смерти Джакомо Маттеотти: в присутствии Муссолини, который хранил молчание на вопрос депутата-социалиста Энрико Гонсалеса, он взорвался криком: «Ответьте главе правительства! Ответьте! Он молчит! Он сообщник!». Именно благодаря его престижу и энергичной пропагандистской акции, проведённой на ряде конференций, прошедших в Швейцарии и Франции между 1928 и 1930 годами, масонское участие в антифашистском лагере стало решающим. После его смерти, которая произошла 22 июня 1930 года в Живерни, городке в Нормандии, куда он удалился на лечение, его место занял социалист-реформатор Артуро Лабриола, бывший министр труда в правительстве Джолитти. Приоритетами Лабриолы было получение финансирования для поддержки Великого Востока Италии в стране и в изгнании, а также признание со стороны других иностранных послушаний. Благодаря познаниям Лети в США было основано национальное общество ФИДЕС (FIDES), ориентированное в основном на либеральные элементы, протестантов и масонов. ФИДЕС позаботилась об издании антифашистского бюллетеня «Италия» («Italia») за подписью Филиппо Турати, имевшего функцию информирования американского общественного мнения и сбора помощи изгнанникам. В октябре 1931 года Лети в роли президента, Пьетро Ненни, Фердинандо Боссо и Феличе Квальино дали жизнь комиссии, которая добилась вступления движения «Справедливость и свобода» («Giustizia e Libertà») в антифашистскую Концентрацию. В ноябре того же года уходящий в отставку Лабриола сменил на посту Великого Мастера Алессандро Тедески, уважаемого врача итальянской общины Буэнос-Айреса и пылкого мадзиниста, который после долгого пребывания в Аргентине, в начале 30-х, решил поселиться во Франции, чтобы участвовать в возрождении масонства в изгнании. С первом своём воззвании Тедески подчеркнул, что его пребывание на посту Великого Мастера было частью того «мадзинистского вдохновения», которое сопровождало и вдохновляло его предшественников, указав пророческим тоном, что масонство внесёт свой вклад в реализацию «финала, полного света и, возможно, также полного крови» — то есть освобождение Италии от диктатуры и восстановление свободы «в той стране, которая была родиной всех свобод, и чьи светские и республиканские традиции перекликаются во все века её история». Однако первая проблема, с которой сразу же столкнулся новый Великий Мастер, была полностью вписана в мир либерального масонства: перемещение итальянского послушания в изгнании в ткань международных масонских отношений. Вопрос, уже поднятый Лабриолой в то время, однако, не продвинулся вперёд и продвигался с трудом как из-за нетипичности ситуации, в которой оказался Великий Восток Италии, так и из-за недальновидности, проявленной теми иностранными масонскими лидерами, которые не спешили понять, что такое фашистская диктатура на самом деле, и в каких затруднениях оказались итальянские масоны. В письме, адресованном руководству Международной масонской ассоциации и подписанном 13 июня 1930 года, за несколько дней до своей смерти, Эудженио Кьеза перечислил причины, включая присоединение к ложам Великого Востока Италии за границей, которые должны были позволить ассоциацию его масонской организации в изгнании. В том же письме он также отклонил выдвинутые многими партиями абсурдные просьбы о слиянии с «Пьяцца дель Джезу» («Piazza del Gesù») и о возвращении в Италию, с горечью комментируя: «Когда будет написана история нашей великой семьи в Италии, иностранному масонству, особенно высшим степеням Шотландского Устава, будет трудно выполнить свои тяжкие обязательства». «Недостойный цинизм», — повторил Тедески ровно через четыре года, после очередного и нелепого отказа Международной масонской ассоциации признать итальянское послушание в изгнании, по крайней мере, до тех пор, пока у него не появились ложи, действующие на родине. Отказа, мотивированного необходимостью не создавать прецедентов, которые могли бы подвергнуть сомнению «догму о территориальности», полностью запрещавшей регулярным масонским послушаниям создавать ложи в тех странах, где уже существовала должным образом учреждённая масонская община. Алессандро Тедески. В одной из своих книг Лети отмечал, что «ни мировая солидарность, ни более узкая европейская солидарность никогда не работали в достаточной мере»: горькие слова в адрес тех, кто во время Международного масонского конгресса, проходившего в Риме в 1911 году, читал доклад, посвящённый теме мировой солидарности масонства, единогласно одобренный Великими Мастерами по основания в «Вечном городе» Великого Востока Италии. 31 августа 1932 года Торриджани умер. Тедески сообщал новости своим иностранным братьям с трогательным акцентом в траурном циркуляре: с этого момента поминки Торриджани не раз вызывали симпатии неитальянских братьев. Приход к власти Адольфа Гитлера в Германии в конце января 1933 года разблокировал ситуацию неподвижности, в которой долгое время находилась европейская политика. В последующие годы прогрессирующее распространение фашистской заразы могло заставить масонство других стран пережить болезненный опыт, испытанный итальянским масонством. 29 июня 1934 года безвременная смерть Меони наложила ещё один отпечаток на страдания масонства в Италии. 2 сентября в доме Тедески в Рейньяке (департамент Жиронда) состоялось собрание, на котором он упомянул о возобновлении масонских посвящений на полуострове. В следующем году Тедески в ответ на увёртки Международной масонской ассоциации вновь предложил проект возрождения Лиги преследуемых масонов, который воплотился в 1937 году. С началом войны в Эфиопии усилилась нестабильность международной ситуации: в одной из своих речей Тедески предсказал печальные последствия конфликта, в отличие от других, которые, напротив, в свете очевидного триумфа фашистского режима, были принуждены к неприличной сдержанности. Так было с бывшим помощником Великого Мастера Артуро Лабриолой, которому предшествовало сенсационное превращение бывшего Великого Секретаря Альберто Джаннини, который, вернувшись в Италию, присоединился к фашизму и впоследствии написал книгу, полную горечи по отношению к эскапизму в целом и масонскому эскапизму в частности. Военная победа в Эфиопии и провозглашение Фашистской Империи вызвали у многих итальянцев на родине националистическое опьянение, тогда как то предвиденное Карло Росселли с 1933 года, казалось, всё более и более становилось реальностью. Военный мятеж, вспыхнувший в июле 1936 года в Испанском Марокко против республиканского правительства Мадрида, был подобен зловещему потрескиванию одного из тех костров в кустах, которые, так сказать, вспыхивают ужасающим пожаром. Масоны были среди жертв, обозначенных реакционной коалицией во главе с генералом Франсиско Франко, который 18 июля того же года начал «крестовый поход против политики, марксизма, масонства», развязав Гражданскую войну, длившуюся почти три года и во многих отношениях — идеологическом, политическом, военном — представлявшей собой прелюдию ко Второй Мировой войне. Помимо обычных ужасов войны, в те месяцы в Испании установилась атмосфера настоящего преследования масонства, которое усиливалось параллельно с завоеванием националистами новых территорий. Репрессиям подвергались не только подлинные масоны, но и те, кого таковыми называли. Настоящая истерия, которая не ограничилась ударами по живым, но свирепствовала и на мёртвых: могилы некоторых масонов осквернялись, да так, что декретом от 1938 года было предписано уничтожение масонских символов на кладбищах. Рандольфо Паччарди. Столкнувшись с таким насилием и зная, что на карту поставлены принципы Свободы, Равенства и Братства в Испании, многие члены Масонского Ордена решили добровольно выступить в защиту демократической республики, которой угрожали армии Франко. Среди наиболее известных и трагических случаев следует вспомнить дела перужанца Марио Анджелони, павшего в битве при Монте-Пелато в августе 1936 года, когда он был начальником отдела, созданного Карло Росселли, и истрийца Джордано Бруно Виццоли, который погиб на своём самолёте при обороне Мадрида. Также примечательна активность, проявленная теми, кто, не сражаясь на иберийской земле, боролся за свободу испанского народа. Также следует отметить активность, проявленную теми, кто, не сражаясь на иберийской земле, боролся за свободу испанского народа. Второй Великий Блюститель Франческо Галассо принимал в своём лондонском доме редакцию журнала «Испания и мир» («Spain and the world»), вдохновлённого либертарианством органа, с которым также сотрудничал Джордж Оруэлл, работая над тем, чтобы предложить гостеприимство итальянцам, которые сражались в интернациональных бригадах и по этой причине не могли вернуться в фашистскую Италию по окончании конфликта. Одним из продвигателей ассоциации «Друзья республиканской Испании» («Amici della Spagna repubblicana») в Швейцарии станет Кьостерджи, который опубликует вместе с журналистами-республиканцами и масонами Сильвио Стрингари — бывшим редактором «Газзеттино» («Gazzettino»), вынужденным покинуть страну, спасаясь от фашистского насилия, — и Аурелио Натоли три специальных выпуска «Республиканского голоса» («La voce repubblicana»), полностью посвящённых борьбе итальянских антифашистов в Испании и предназначенных для тайного распространения на полуострове. Во время Ассамблеи Великого Востока Италии в изгнании, состоявшейся в Париже в храме Великой Ложи Франции на улице Пюто 20 июня 1937 года, было прославлено участие масонов в Гражданской войне в Испании, и память о павших была как-либо связана с памятью о Братьях Росселли. На следующий день состоялось учредительное собрание Союза преследуемых масонов, задуманное и возглавляемое немцами, на котором присутствовали представители испанского, португальского и германского масонства. В заключительной открытой демонстрации Тедески похвалил действия командира интернациональной бригады «Гарибальди» Рандольфо Паччарди, который в 1938 году был уполномочен Великой Ложей Нью-Йорка посетить фабрики этого штата, чтобы решить вопрос о признании тех послушаний, которые из-за преследований со стороны диктаторских режимов были вынуждены покинуть свою страну; знак того, что приближение мирового конфликта больше не позволяло иностранным Братьям заниматься теми лавированиями, из-за которых пострадали масоны Великого Востока Италии. Джузеппе Лети. Как известно, Вторая Мировая война началась 1 сентября 1939 года после внезапного нападения немецких войск на Польшу. Джузеппе Лети, скончавшийся в июне 1939 года, уже не входил в сообщество итальянских масонов, бежавших во Францию. Поражение Франции в 1940-м, произошедшее чуть более чем через месяц после начала немецкого наступления, захлестнул и членов Великого Востока в изгнании, внезапно столкнувшихся с альтернативой между тяготами побега и неминуемым приговором к тюремному заключению и смертной казни. В этот момент Алессандро Тедески постановил, что в случае его смерти ложи, подчиняющиеся Великому Востоку Италии в изгнании, продолжат назначение его преемника, и на это место он рекомендовал избрать Брата Давиде Аугусто Альбарина из швейцарского кантона Во, обосновавшегося в Александрии Египетской, который заявил о своей верности, открыв в этом городе отделение LIDU. После смерти Тедески в Сен-Лубесе 19 августа 1940 года он был единогласно избран всеми ложами Великого Востока Италии, действующими за границей. После падения Муссолини 25 июля 1943 года группа масонских лидеров сформировала руководство Ордена, которое провозгласило возобновление работы Великого Востока Италии, не учитывая существования одноименной структуры в изгнании. Возникла организационная заминка, а из-за драматических событий, раздирающих Италию в последующие годы, возникло и состояние прогрессирующей маргинализации Альбарина. Только после восстановления единства страны и национальной масонской организации под управлением Гвидо Лая весной 1947 года были приняты меры по исправлению ситуации. В результате состоялся обмен документами: Альбарин с воззванием, направленными к итальянским ложам за границей, пригласил всех Братьев в своё послушание, чтобы собраться вокруг нового лидера Ордена, тогда как он снова занял своё место между колонн ложи «Цинциннато» («Cincinnato») — имя, которое в этот момент оказалось пророческим; в то же время Лай указом от 21 марта 1947 года признал заслуги Альбарина и назначил его почётным Великим Мастером ad vitam.
  4. Масонство при нацистском режиме Мемориальный музей Холокоста в США (Вашингтон, округ Колумбия) Пер. с английского Бр. Роман А. Источник: Freemasonry under the Nazi regime (https://encyclopedia.ushmm.org/content/en/article/freemasonry-under-the-nazi-regime). Когда нацисты пришли к власти, политика в отношении масонов была двусмысленной. Усилия по уничтожению масонов не получили первостепенного значения. Те ложи, которые выступали за терпимость и равенство и имели международные связи либо связи через своих лидеров с социал-демократами или либеральными демократами, подвергались преследованиям и часто принуждались к «добровольному» роспуску. Несколько консервативных немецких лож, которые были готовы приспособиться к режиму, смогли продолжить существование в той или иной форме лишь немного дольше. Тем не менее, режим намеревался устранить тех, кто не стал отказываться от своих масонских связей. В начале 1934 года глава судебной системы нацистской партии постановил, что масоны, не покинувшие свои ложи до 30 января 1933 года, не могут вступать в Нацистскую партию. В том же месяце министр внутренних дел Пруссии Герман Геринг издал декрет, призывающий ложи «добровольно» распуститься, но требующий, чтобы такие добровольные действия представлялись ему на одобрение. Кроме того, ложи и их отделения в различных городах Германии подвергались произвольному насилию со стороны местных подразделений SS и SA, хотя этот террор, по-видимому, не направлялся из центра. Растущее давление в государственном и профессиональном секторах заставляло людей выбирать между тем, чтобы остаться в своих ложах, или ограничением их карьерных возможностей. Многие бывшие члены ложи, занимавшие должности на государственной службе, были вынуждены уйти в отставку или подверглись преследованиям. В мае 1934 года Министерство обороны запретило членство в ложах всему личному составу — солдатам и вольнонаёмным служащим. Летом 1934 года, после того, как Генрих Гиммлер и Рейнхард Гейдрих завершили захват и централизацию гестапо, немецкая полиция насильственно закрыла многие масонские ложи и штаб-квартиры масонских отделений и конфисковала их имущество, включая библиотеки и архивы. 28 октября 1934 года Рейхсминистр внутренних дел Вильгельм Фрик издал указ, определяющий ложи как «враждебные государству» и, следовательно, подлежащие конфискации их имущества. Наконец, 17 августа 1935 года, сославшись на указ о пожаре Рейхстага, Фрик приказал распустить все оставшиеся ложи и отделения и конфисковать их имущество. Нацистская пропаганда продолжала связывать евреев и масонов; едкое издание Юлиуса Штрайхера «Штурмовик» («Der Stuermer») неоднократно печатало карикатуры и статьи, в которых пыталось изобразить «жидомасонский» заговор. Масонство также стало особой навязчивой идеей начальника Главного управления имперской безопасности и SD Рейнхарда Гейдриха, который считал масонов, наряду с евреями и политическим духовенством, «самыми непримиримыми врагами немецкой расы». В 1935 году Гейдрих доказывал необходимость не только устранения видимых проявлений этих «врагов», но и искоренения в каждом немце «косвенного влияния еврейского духа» — «еврейского, либерального и масонского заразного осадка, остающегося в подсознании многих, прежде всего, из академического и интеллектуального мира». Гейдрих создал специальный отдел Службы безопасности SS (Sicherheitsdienst; SD) — отдел II/111 — специально для борьбы с масонством. SD была особенно заинтересована в этом, поскольку её члены считали, что масонство обладает реальной политической властью, формирует общественное мнение посредством контроля над прессой и, таким образом, может спровоцировать войну, подрывную деятельность и революцию. Позже отдел VII B1 Главного управления имперской безопасности (Reichssicherheitshauptamt; RHSA), созданное в 1939 году объединение SD и Гестапо, включил в себя отдел, посвящённый расследованию масонства. Когда в 1937-1938 годах нацистская Германия готовилась к войне, режим ослабил давление на рядовых членов распущенных лож. Гитлер амнистировал рядовых членов, которые отказались от своей прежней верности, в апреле 1938 года, и в государственном секторе были предприняты усилия, чтобы решение о продолжении найма бывших членов ложи принималось в каждом конкретном случае отдельно. Многие государственные служащие, которые были вынуждены уйти в отставку из-за своих масонских связей, вернулись на службу после начала войны, и запрет бывшим масонам служить в Вермахте (немецких вооружённых силах), даже в офицерском звании, был смягчён. Нацистская партия продолжала запрещать бывшим масонам членство, хотя после 1938 года были сделаны исключения как в партии, так даже и в SS. По мере завоевания Европы немцы насильственно распускали масонские организации и конфисковывали их активы и документы везде, где устанавливали оккупационный режим. После того, как ложа была закрыта, её обыскивали в поисках членских списков, важных библиотечных и архивных предметов, мебели и других культурных артефактов. Изъятые предметы отправлялись в соответствующее агентство Германии — в первую очередь, в SD, а затем в RHSA. В рамках своей пропагандистской кампании против масонства нацисты и другие местные правые организации устраивали антимасонские выставки по всей оккупированной Европе. В оккупированном немцами Париже антимасонская выставка прошла в октябре 1940 года, а в оккупированном Брюсселе — в феврале 1941 года. На таких выставках демонстрировались масонские ритуальные и культурные артефакты, украденные из лож; такие выставки были направлены на высмеивание масонов и проявление к ним ненависти, а также на усиление опасений по поводу жидомасонского заговора. Немецкая пропаганда военного времени, особенно в армии, утверждала, что евреи и масоны спровоцировали Вторую Мировую войну и несут ответственность за политику президента США Франклина Д. Рузвельта, который был идентифицирован как масон. Некоторые партнёры Германии по Оси приняли полицейские и дискриминационные меры против масонов. В августе 1940 года режим Виши во Франции издал указ, объявляющий масонов врагами государства и разрешающий полицейский надзор за ними. Французские власти военного времени даже создали картотеку, в которой указаны все члены Великого Востока Франции, ведущей французской масонской организации. Картотека пережила войну и позже была микрофильмирована для фондов Мемориального музея Холокоста в США. В 1942 году декретом Гитлера Альфред Розенберг был уполномочен вести «интеллектуальную войну» против евреев и масонов. С этой целью Гитлер разрешил розенберговскому «Оперативному штабу рейхсляйтера Розенберга» (Einsatzstab Reichsleiter Rosenberg; ERR) захватить и описать масонские архивы и библиотеки, чтобы наилучшим образом вооружиться для ведения «методической интеллектуальной борьбы», которая была «необходима для победы в войне». Членам ERR была гарантирована поддержка Верховного командования вооружённых сил Германии (Oberkommando der Wehrmacht; OKW) в выполнении их миссии. После окончания Второй Мировой войны обширные собрания масонских архивов и библиотечных коллекций, захваченные немецкими властями, были, в свою очередь, захвачены союзными и советскими войсками. Например, значительный масонский архив был найден в Силезии, на востоке Германии, советскими войсками в последние дни Второй Мировой войны. Советские власти отправили записи в Москву, где они хранились в секретных архивах. Другие материалы, связанные с масонством, были обнаружены в Польше. Некоторые из этих материалов были микрофильмированы и хранятся в архиве Мемориального музея Холокоста в США. После окончания холодной войны многие коллекции, связанные с масонством, были возвращены в страны их происхождения, в то время как другие по-прежнему хранятся в зарубежных хранилищах. Поскольку многие из арестованных масонов также были евреями и/или членами политической оппозиции, неизвестно, сколько человек было помещено в нацистские концлагеря и/или расстреляно только потому, что они были масонами. Некоторые бывшие члены лож сами по себе участвовали в кружках немецкого сопротивления или были связаны с ними. Некоторые были арестованы и убиты во время Второй Мировой войны.
  5. МАСОНСТВО И ВОЙНА. ————————— ОБРАЩЕНИЕ ВЕЛИКОГО МАСТЕРА. ————————— «СМЕЛОЕ И ОБНАДЁЖИВАЮЩЕЕ ДВИЖЕНИЕ». ЛОНДОН (ОНТАРИО), 19 июля 1928 года. Призыв к масонскому миру занять единую позицию против войны — характерная черта обращения г-на Джона Мартина, Великого Мастера Великой масонской ложи Канады, на сегодняшнем открытии 73-го ежегодного конклава. Он заявил: «В мире нет более смелого и более обнадеживающего движения, чем движение за упразднение войны». ——————————————— https://trove.nla.gov.au/newspaper/article/90047437 Chronicle (Adelaide, SA), Сб., 28 июля 1928, стр. 47
  6. Франсуа Роньон. Масонство и Война Глава 26 из «Справочника масонства» Хенрика Богдана и Яна А. М. Снука Пер. с английского Бр. Роман А. Источник: Handbook of Freemasonry / edited by Henrik Bogdan, Jan A.M. Snoek. (Brill handbooks on contemporary religion, ISSN 1874-6691; volume 8). 1. Freemasonry-History. I. Bogdan, Henrik. II. Snoek, Joannes Augustinus Maria, 1946. Part 4. Freemasonry, Society and Politics // Brill Handbooks on Contemporary Religion, Volume 8 (https://ia800909.us.archive.org/3/items/HandbookOfFreemasonryVol.8editsHenrikBogdanJanA.M.Snoek/Handbook%20of%20Freemasonry%2C%20Vol.%208%2C%20%20%28edit%27s%29%20Henrik%20Bogdan%2C%20Jan%20A.M.%20Snoek.pdf). Вступление Конституции Андерсона (1723 г.) можно считать основополагающим уставом современного спекулятивного масонства (Anderson 1723). Два автора, Джеймс Андерсон (1684-1739) и Жан-Теофиль Дезагулье (1683-1744), были весьма обеспокоены религиозной напряжённостью, сохранявшейся в Англии. Они основывались на древних заповедях — старинных обязанностях каменщиков, старейшими из которых являются манускрипты Кука и Региуса, написанные между 1425 и 1450 годами (см. главу «Древние заповеди» настоящего тома). Чтобы работа на строительной площадке была более эффективной и гармоничной, они предлагают — в дополнение к изложению физической и моральной организации строительной площадки, — чтобы рабочие, верные своим заповедям (термин, принятый Андерсоном и предполагающий скорее убеждение, нежели принуждение), развивали корпоративный дух, при котором каждый отвечал бы за бесперебойную работу ложи. Отныне обязательства определяются ссылкой на учреждённый орган, а не на какую-то единственную религиозную или политическую власть, будь то епископ или король. Конституции Андерсона ссылались на эти древние заповеди, дабы узаконить братство и придать ему вид древности, но некоторые слова, которые они добавляют и которых нет ни в одном из средневековых текстов, демонстрируют стремление предусмотреть своего рода универсальную религию: «ту лишь религии, в которой согласны между собой все люди», то есть христианство, как чётко указано в статье I (см. Chakmakjian 2008 и Impens 2008). Некоторые общие замечания относительно масонства и войны Тем не менее, между строительными площадками соборов и философией эпохи Просвещения, между манускриптом Региуса и Конституциями Андерсона Европа была театром кровавых религиозных войн. После Возрождения и последовавшего за ним европейского гуманистического движения — с Рабле, Эразмом и Томасом Мором — в XVI веке Европу разорвала Реформация. Согласно Полю Азару, её моральное единство было расколото, когда население разделилось на две противостоящие друг другу группы (Hazard 1935). Войны, гонения, ожесточённые споры, обиды стали повседневной жизнью этих «враждующих братьев». Тесно связанные с борьбой за политическое влияние, религиозные войны с 1523 года — года отлучения Лютера — до 1648 года — конца Тридцатилетней войны — превратили Европу в кровавую баню. В XVII веке, пытаясь заново открыть для себя христианское единство, такие люди как Томас Гоббс (1588-1679) выдвинули идею политического абсолютизма, который, дабы предотвратить гражданскую войну и сохранить мир, предлагал абсолютную власть, подавляющую права личности и радикально отрицающую свободу выбора; или, как Жак-Бенинь Боссюэ (1627-1704), предлагали абсолютизм религиозный, который, придерживаясь Тридентского собора, навязывал возвращение в лоно Церкви, прежде чем обращаться к каким-либо вопросам принципа или догмы. Однако другие (и таковых становилось всё больше) развивали идею Толерантность. Готфрид Вильгельм фон Лейбниц (1646-1716) хотел объединить протестантские церкви, а затем воссоединить их с католической церковью. По его мнению, любовь к Богу и милосердие должны побуждать христиан стремиться к восстановлению единства. Барух Спиноза (1632-1677) показывает в двадцатой главе своего «Богословско-политического трактата» (1670), «что в свободном государстве каждому можно думать то, что он хочет, и говорить то, что он думает». Идея толерантности будет развита Дэвидом Юмом (1711-1776) и Джоном Локком (1632-1704), которые ненадолго предшествовали составлению Конституций Масонского Ордена. Кроме того, не следует забывать, что один из авторов этих Конституций (возможно, их настоящий автор), Джон Теофил Дезагюлье, находился под сильным влиянием идей Исаака Ньютона (1642-1727), секретарём которого он был, и его представлений о Великом Архитекторе Вселенной. Таким образом, мы можем читать первую статью Конституции Андерсона как фундаментальное утверждение принципа, касающегося основного мотива войны, разделяющего людей, — религии. Последние слова подразумевают, что именно религии, понимаемые как различные формы христианства, создали в то время «непреодолимую пропасть», не позволяющую установить истинную дружбу между людьми. Мы могли бы даже заключить из этого, что религии разделяют людей, которые, если бы не масонство, навсегда остались бы чужими, даже врагами. Однако даже если религии как причина войны между различными государствами могут быть устранены, они, тем не менее, всё равно могут вступить в конфликт по политическим или экономическим причинам. Также Конституции строго определяют отношение масона как «лояльного подданного светских властей», который не должен участвовать в революции или гражданской войне и тем самым, с точки зрения Конституций, «восставать против государства». Однако эта ситуация, хотя и предосудительная, не означает исключения из Ордена, и дело передаётся в ложу, связи которой с Братом считаются нерушимыми. Как мы видели, акцент на лояльности масона своей стране очевиден в масонских документах с самого появления спекулятивного масонства. Считается, что во время обычной войны масон не колеблется, а вступает в ряды своей страны, как того требует его долг. Его идеалы отождествляются с защитой свободы. Масон защищает страну, в которой его ложа может свободно собираться и работать, страну, в которой масонство может процветать. Это понимание лояльности эволюционировало с течением времени, и взгляды на вещи изменились, особенно после Второй Мировой войны. Но вернёмся к истокам масонства. Ещё до официальной даты создания первой Великой Ложи в Лондоне в 1717 году современное спекулятивное масонство было очень быстро воспринято военнослужащими. Ещё более поразительно то, что первыми людьми, не являющимися настоящими каменщиками, но принятыми в члены Ордена, были военные: Роберт Морэй (1609-1673), генерал-квартирмейстер шотландской армии в 1641 году, и, в меньшей степени, Элиас Эшмол (1617-1692), артиллерийский офицер полка роялистов в 1646 году. Теория о том, что масонство прибыло во Францию через шотландский и ирландский полки, верные Якову II (1633-1701) и сосланные в Сен-Жермен-ан-Ле в 1688 году, так и не была полностью опровергнута (см. Bord 1908: 489-504). Многие служившие офицеры были быстро приняты в Орден, который распространялся по всей Европе, где философия Просвещения предлагала новое оправдание военных завоеваний. Зверства войны оформлены в рамках стратегии поля боя. Правила Ордена соотносятся с воинскими добродетелями: порядком, верностью, мужеством и братством. Вскоре появились и военные ложи, примерно в 1744-1745 годах, включая передвижные ложи, состоящие из членов определённого полка (данные по Франции см. Le Bihan 1967: 279 и далее). Современная международная масонская сцена создавалась постепенно на протяжении XVIII и XIX веков. Объединённая Великая Ложа Англии окончательно оформилась (и получила своё название) только в 1813 году. Древний и Принятый Шотландский Устав, наиболее широко практикуемая масонская система во всем мире, обрёл свою окончательную форму в Соединённых Штатах только с 1801 года и «привилась» на европейской земле в 1804-м. Его руководящие органы, Верховные Советы, собрались в Лоссане в 1875 году и составили заявление — «манифест», — которое, хотя и не придерживается основополагающих ценностей Конституций Андерсона, остаётся, тем не менее, важной вехой в том, как Масонский Орден вписывается в повседневную жизнь, в которой он существует и в которой участвует. Обязанности, которых он требует от своих членов, все ещё подчёркиваются ссылкой на ньютоновского Бога, математического и универсального, и отказом от тех источников разделений, не говоря уже о конфликтах, которые приводят людей в противостояние друг с другом: религиозное и политическое. Повторяя утверждение о возможности каждого масона «исповедовать свою религию» и «следовать велениям своей совести», комментарии, идущие за Декларацией принципов, касаются мер предосторожности, которые масонство рекомендует своим членам: Хотя за развитием и распространением Древнего и Принятого Шотландского Устава в Северной Америке стояли два Верховных Совета Соединённых Штатов (Северной и Южной юрисдикция), именно в Западной Европе и особенно во Франции он разработал своё «учение» и изложил свой окончательный ритуал для «синих» лож, работающих в первых трёх градусах (см. Noël 2006). Если масонство распространилось по миру в XVIII и XIX веках, как пороховой след, его идеи и смысл его существования, хотя и были универсальными, моделировались по-разному в разных странах, где оно утвердилось. Интересующая нас тема «Масонство и война» породила мысли, проникнутые обычаями, культурой и характером этих стран. Так, американский масон Альберт Г. Макей (1807-1881) в своей «Энциклопедии масонства» формирует свои взгляды в соответствии с тем, что он видит вокруг себя, но в то же время в значительной степени полагаясь на Конституции Андерсона, особенно на «Древние заповеди»: Немецкие авторы Ленхофф и Познер в своей «Internationales Freimaurerlexikon» описывают проблему с социологической точки зрения: Для Ленхоффа и Познера это заявление оправдывает пацифистскую позицию масонов и некоторых масонских ассоциаций, таких как Всемирная лига масонов, основанная в 1905 году, которая существует до сих пор и сыграла важную роль между двумя Мировыми войнами. Масонская ложа и её роль Институт масонства был построен на платформе уже существующих лож. Великая Ложа Лондона и Вестминстера была образована в 1717 году путём объединения четырёх существующих лож, получивших свои названия от гостиниц, где каждая из них встречалась: «Гусь и Рашпер» («Goose and Grid Iron») и т. д. Великая Ложа Шотландии, Великая Ложа Йорка и Великая Ложа Ирландии были созданы по модели Великой Ложи Лондона и Вестминстера, но ложи, которые вошли в эти Великие Ложи, были намного старше, и некоторые из них могли можно считать мостом между каменщиками и джентльменскими ложами. Учение и правила институционализированного масонства были составлены, как и у других организаций, для того, чтобы наделить его моральными и социальными условиями, необходимыми для получения признания в обществе, в котором оно росло. Этический кодекс корпорации стал отождествляться с этическим кодексом ложи, социально-профессиональной организации, отвечающей за управление ремеслом и его техническим мастерством. Манускрипты Региуса и Кука, а также другие Древние Заповеди, из которых черпали вдохновение составители Конституций Андерсона (см. выше), определяли обязанности рабочих на конкретной строительной площадке и узаконивали профессиональную и моральную жизнь лож. Ложа, основной организационный элемент масонства, требует от своих членов, чтобы они любили друг друга как братья. Концепция Братства является неотъемлемой частью ложи; ложа сама по себе является Братством. Мы видели в статье II Конституций Андерсона, что Братство (институт масонства) не может поддерживать восстание; оно должен даже противостоять ему по отношению к действующему правительству, при котором ему позволено процветать. Но в этой же статье, в конце её, говорится, что, если Брат не осуждён ни за какое преступление, кроме политической оппозиции существующему правительству, он не может быть исключён из ложи, и его связи с нею останутся нерушимы. Что не означает, что ложа поддерживает Брата в его восстании. Ложе не следует вмешиваться в политические и/или военные дела. Политические дискуссии в ложе запрещены, как и обсуждение религиозных вопросов. Последних, как мы видели, относительно легко избежать, даже если в определённых ритуалах для некоторых масонских степеней они выходят на поверхность из самого содержания этих ритуалов: еврейская традиция в определённых Соломоновых градусах, христианская — в некоторые периоды существования градуса Розы-Креста и т. д. Политических дискуссий избежать сложнее. Как добропорядочный гражданин вольный каменщик не должен оставаться равнодушным к событиям, происходящим в окружающем его мире. Очевидно, что звуки выстрелов и воинственных криков не должны, как принято полагать, переходить порог ложи, но масон, участвующий в ритуале Открытия ложи, приносит с собой из внешнего мира все испытания и победы, которые он только что испытал. Масонские ритуалы, вероятно, предназначены для создания сакрального времени и пространства. Церемония открытия каждый раз воссоздаёт сценарий, который кажется всегда новым, но всегда одним и тем же. Говорят, что для того, чтобы войти в этот своеобразный пространственно-временной сценарий, масон должен оставить у дверей ложи все свои металлические предметы. Объяснение символизма, заключённого в этом выражении, заняло бы здесь слишком много времени, но достаточно сказать, что, согласно стандартным масонским интерпретациям, для того, чтобы избавиться от шлаков, загрязняющих масонское посвящение, как в алхимическом процессе, кандидат должен удалить все своекорыстные, профанные и фанатичные мысли. Но где проводится черта, определяющая профанную мысль? Позволительно ли каменщику, который на законной войне сражается за свободу и честь, демонстрировать свою великую радость в ложе? Может ли Брат-победитель забыть, что побеждённый Брат остаётся его Братом? В Древнем и Принятом Шотландском Уставе Досточтимый Мастер и два его Блюстителя произносят по очереди следующие молитвы: «Да воцарится мир над Землёю!», «Да воцарится любовь среди людей!», «Да будет радость в каждом сердце!» (Rituel du premier degré du Rite Ecossais Ancien et Accepté, Grande Loge de France, 1962: 30). Масонские ритуалы часто направляют масона на взращивание и распространение по всему миру братской любви, которую он открыл и укрепил в ложе. Масонская ложа интерпретируется как идеальный мир, место, где все люди — братья. Во многих масонских церемониях «ремесленной» или «синей» ложи, какова бы ни была суть исполняемого ритуала, образуется так называемая Братская Цепь. Объединяет ли эта Братская Цепь, символизирующая братскую любовь, связующую всех масонов, и всех братьев-людей в целом? Мы видели, что Конституции Масонского Ордена подчёркивали верность вольного каменщика своей родине. Масонская ложа, в которую вступал кандидат, в равной степени подчёркивала важность этой верности, но делала эту привязанность личной: масон должен был принять её добровольно (или не принимать вовсе). Масоны утверждают, что каждое масонское посвящение основано на свободной воле конкретного кандидата, который принимает символические испытания и моральные предписания, составляющие часть церемонии посвящения, но оно также основано на свободе и на целях, которые он ищет и выстраивает на протяжении всей своей жизни. Именно этим добровольным шагом ложа заставляет Брата продемонстрировать безоговорочную верность своей стране — но лишь если она является результатом его собственного свободного выбора. Перед принятием в ложу кандидата помещают в «Камеру Размышлений», где он размышляет о течении времени, краткости жизни и необходимости превратить ветхого человека в просветлённое существо. В некоторых ложах в это время он пишет своё «философское завещание». Кроме того, с тех пор, как была введена эта практика, и до сих пор один из вопросов, на который он должен ответить в этот момент, звучит в некоторых ложах так: «Каков долг человек перед своей родиной?» Масоны утверждают, что ещё одна из заповедей масонского обычая прививает масону миролюбивое и благодарное отношение к своей родине — стране, которая разрешает ему свободно принадлежать к Масонскому Ордену и позволяет этому Ордену процветать. Праздничная трапеза — один из самых распространённых масонских обычаев, и в банкетных обрядах за праздничным столом первый тост всегда произносится за главу нации, главу государства или лицо, отвечающее за страну, в которой находится ложа. Этот первый тост за праздничным столом является одним из методов, с помощью которых мы можем датировать ритуал в зависимости от того, произносится ли он во славу короля, императора или, как в наше время, главы государства, президента республики. Масон и его масонские и гражданские обязанности Может ли Брат-победитель забыть, что человек, которого он победил, всё остаётся его Братом? Теперь мы подошли к заключительному этапу размышлений о «Масонстве и войне» — этапу личных мыслей и индивидуальной совести. Правила Конституций Андерсона ясно дают понять: масонство есть «Центр Единения и средство установления истинной дружбы между людьми, которые — не будь его, — были бы разделены непреодолимой пропастью» (Anderson 1723: 50). Считается, что Масонский Орден как хранитель традиции, позволяющей своим приверженцам реализовать себя как посвящённых во внешнем мире, указывает им способ сделать это. Масоны часто подчёркивают, что в этом случае масонство извлекает выгоду из благодарности внешнего мира за добрые дела своих членов, тем самым демонстрируя свои идеи и «просвещая мир» в отношении своего «благородного дела». И институт масонства с гордостью перечисляет знаменитых людей, пополнивших его ряды. Посвящение Вольтера (1694-1778) в Орден произошло всего за несколько месяцев до его смерти и выделяется скорее как символический акт объединения идей, чем как позитивное обязательство со стороны философа, который на протяжении долгого времени считался «масоном без фартука». Но среди знаменитых имён, которыми так гордится масонство, можно назвать и великих полководцев, великих воинов. Для масонов эти люди олицетворяли масонские идеалы свободы, но их отношение к военным действиям, к войне всегда оставалось в пределах личных мнений и обязательств. Кроме того, именно благодаря свободе мысли, свободе воли и личному долгу многие масоны вставали на защиту своей родины или стали участвовать в вооружённых «идейных» движениях, революциях или войнах за независимость. Некоторые примеры масонов на поле боя В Крефельде, в Рейнской области, 23 июня 1758 года Луи де Бурбон, граф Клермонский (1709-1771), потерпел поражение от Фердинанда, герцога Брауншвейгского (1721-1792), первый из которых был Великим Мастером Великой Ложи Франции, а последний — Великим Мастером Ордена в Германии. Ни один из них не задавался вопросом, противоречил ли их долг на поле боя принципам, которых они придерживались. Предполагалось, что ими двигали добродетель, мужество и верность, но ни один из них, по-видимому, никоим образом не чувствовал себя связанным какими-либо обязанностями «представителя» масонства. Как Великие Мастера они защищали и делали процветающим, каждый в своей стране, Масонский Орден, проповедовавший всеобщее Братство, а как солдаты они действовали по своей совести для защиты и процветания своего королевства. Как уже упоминалось, институт масонства исподволь противостоит развязыванию любой войны, но оставляет каждому масону, будь он Великим Мастером или рядовым каменщиком, свободу выбора своего собственного пути. Официальное вмешательство должным образом учреждённой масонской организации, такой как Великая Ложа, в обычные вооружённые конфликты встречается крайне редко. Макей приводит (вероятно, редкий) случай, который мы можем использовать в качестве примера, — циркулярное письмо, отправленное Великим Секретарём Шотландской Великой Ложи от 2 февраля 1778 года: Таким образом, Великий Секретарь подвергает критике ложи, а не отдельных масонов. Предполагается, что масон, будучи «человеком свободным и добрых нравов», действует в соответствии с велениями своей совести на принципах, установленных законами и конституциями масонского сообщества, которое предлагает, «сообщает» миру идеал мирной жизни и явно противодействует идеалу воина; но которое оставляет каждому члену свободу принять последний в порядке защиты тех процессов, которые он принимает, дабы прийти к первому. То, что может показаться парадоксом, может быть позволено масону в ложе, где он должен сперва сделать паузу и подумать, прежде чем приступить к действию. Из отчётов ложи В XVIII веке стали появляться многочисленные военные ложи, и единственная разница между ними и гражданскими ложами состоит в том, что первые являются мобильными; одно и то же Братство, одна и та же практика добродетели объединяет всех членов. Гражданские ложи в гарнизонных городках принимали солдат, а военные ложи приветствовали мирных граждан в городах, где они собирались, так что понятие войны было окрашено чувством Братства, уважением достоинства побеждённых. Подобные настроения были развиты во времена наполеоновских войн, и мы можем процитировать речь Мангури дю Шамп-Даге (1752-1829) по случаю открытия в Париже ложи «Командиры дю Мон Табор» («Les Commandeurs du Mont Thabor») 6 ноября 1808 года: Вдобавок к поощрению занимать в ложе индивидуальную позицию, военные ложи времён Империи чувствовали, что у них есть миссия по освобождению и объединению: миланская ложа «Счастливая встреча» («L’Heureuse Rencontre»), в которую был посвящён Иоахим Мюрат (1767-1815) — в то время генерал, возглавлявший итальянскую армию, — писал в Великий Восток Франции в июне 1802 года с просьбой «учредить Великий Восток Италии, который признал бы Великий Восток Франции и укрепил братские узы между двумя народами — такие же, как те, что существуют между двумя правительствами» (Quoy-Bodin 1987: 199). . Таким образом, ложа предлагает способ мышления о войне как о посреднике между институтом масонства и личностью; примеры «с поле боя» многочисленны: «Накануне битвы при Аустерлице Работы ложи объединяли как французских, так и австрийских офицеров... то же самое произошло после битвы при Ватерлоо, когда несколько английских офицеров присоединились к членам ложи “Святой Фредерик Избранных Друзей” (“Saint Frédéric des Amis choisis”) в Булонь-сюр-Мер» (Chevallier 1974: Vol. 2, 97). Рис. 26.1. Знак бедствия при Ватерлоо В те времена случаи с военнопленными могут служить ещё одним примером таких размышлений в ложе, фактически являющейся посредником между обществом и личностью. Многие ложи Великобритании были созданы в XVIII веке в городах, где содержались военнопленные, или на борту тюремных кораблей. В некоторых городах размещались условно-досрочно освобождённые заключённые, условия жизни которых были относительно комфортными и которые пользовались определённым потворством местного населения. Пленники плавучих тюрем жили в гораздо более суровых условиях в таких местах Соединённого Королевства как Плимут, Арелсфорд, Эшби и др. Ложи заключённых позволяли Братьям встречаться друг с другом, но они также позволяли устанавливать братские отношения между английскими и французскими масонам. Названия лож говорили сами за себя: «Друзья в плену» («Friends in Captivity»), «Утешение воссоединившихся друзей» («The Consolation of Friends Reunited»), «Надежда на мир» («The Hope of Peace»), «Доброжелательность» («Benevolence»), «Жаждущие мира» («Longed for Peace») и т. п. (Quoy-Bodin 1987: 230). Американская Война за независимость, освободительные войны в южноамериканских странах или война за объединение Италии могут быть классифицированы как конвенциональные войны, в которых масоны позиционировали себя в тех лагерях, которые казались им подходящими — в английских, испанских, австрийских войсках — с одной стороны, и в армиях Вашингтона, Боливара и Гарибальди — с другой, — причём их образ действий был, в первую очередь, результатом их личных размышлений и решений. Напротив, революции не устанавливают таких чётких и «надёжных» границ, и масон может обнаружить, что его собственные идеи противоречат идеям других Братьев. Именно тогда, как принято полагать, ложа реагирует на внешние события. Ожидается, что она будет поддерживать или направлять курс действий, выбранный её Братьями. Ситуация во Франции в 1870-1871 гг. является хорошим примером, с одной стороны, позиции масона в обычной войне, а с другой — роли ложи в формировании позиции масона во время революции: в данном случае французский вольный каменщик столкнулся с первым во Франко-прусский войне, а затем тот же масон встретился лицом к лицу с Францией в революционной смуте Коммуны. В июле 1870 года Франция по причинам, связанным с испанским наследством, объявила войну Пруссии, и Наполеон III (1808-1873), император Франции, проиграл битву при Седане и попал в плен. Масон Леон Гамбетта (1838-1873) объявил Республику и решил продолжить войну. Пруссаки обстреляли и осадили Париж, который окончательно сдался 28 января 1871 года. Голодающие парижане восстали против новых законов и 26 марта 1871 года создали Совет Парижской Коммуны. Адольф Тьер (1797-1877) возглавил «законное» правительство, которое удалилось в Версаль. Коммуна была жестоко подавлена. После кровавой недели 21-29 мая ещё долго продолжались репрессии, сопровождавшиеся смертной казнью и депортацией. «Чертежи» (Протоколы) ложи «Правосудие» («Justice») №133 (рукопись из 185 листов в твёрдом переплёте, с ноября 1868 г. по ноябрь 1872 г.) следовали за событиями встреча за встречей. Что может быть более поразительным примером, чем живые отчёты о встречах, где сохранились те же слова, которые говорили Братья ложи? На Работах, состоявшихся 3 марта, отношение ложи к «классической» военной ситуации соответствует свободе мысли и действия, которую она предоставляет составляющим её Братьям: некоторые предлагают подход, в котором преобладает дух патриотизма, тогда как другие напоминают Братьям о наднациональной природе масонства. На следующих встречах дискуссии гораздо сложнее и демонстрируют, какую позицию может занимать ложа во время гражданской войны, и как её отдельные члены могут примириться с собственными мыслями. Некоторые из них, среди которых был Жюль Валлес (1832-1885), поддерживавший Коммуну, были вынуждены покинуть страну, чтобы избежать репрессий. Рис. 26.2. Масонские знамёна на баррикадах Коммуны Коммуна не разделила масонов; она расположила их по разные стороны баррикад. Те масоны, которые поддерживали Версаль, протягивали руку тем, кто был на стороне Коммуны, но логика немасонского мира с важными для него корыстными интересами не позволяла мечте о братании, начатом на крепостных валах под сенью знамён лож, выйти за пределы лож, чтобы стать реальностью. Насколько нам известно, во время Первой Мировой войны лож для военнопленных не существовало. Европейские масонские организации топтались на месте. Но зафиксировано несколько случаев братания — как в окопах, так и за линией фронта. Ложа немецких солдат в войне 1914-1918 годов проходила во французском масонском зале, где можно увидеть знамя ложи «Справедливость» и бюст Марианны, символ Французской Республики. Рис. 26.3. Открытка «Пример масонской нравственности» Во время Второй Мировой войны формально масонов не было ни с одной из сторон: хотя среди немецких, итальянских и других солдат Оси, безусловно, были посвящённые масоны, но масонство как организация было в этих странах под запретом. Немецкий нацизм вместе с другими фашистскими режимами Европе — в Испании и Италии — на протяжении многих лет преследовал масонов и искоренил всю официальную масонскую деятельность. Естественно, американские и английские масоны сражались с врагом, не задаваясь вопросом, есть ли в его рядах Брат, не выискивая возможных Знаков Признания на поле боя. Но, может быть, таковые были? Французские масоны могли присоединяться к силам «Свободной Франции» де Голля или принять участие в Сопротивлении, действующем на французской земле. Некоторые из этих сетей Сопротивления были созданы непосредственно из масонских лож, где Братья знали друг друга как с моральной точки зрения, так и с точки зрения взглядов, а также практических деталей, которые были весьма полезны в этом виде борьбы: профессионального опыта, адреса в Париже или в провинции и т. д. Наиболее эффективные сети масонского Сопротивления формировались постепенно в течение периода оккупации, а некоторые из них после войны превратились в полноценные масонские ложи. Ложа «Аякс» («Ajax»), названная в честь одноименной сети Сопротивления, присоединилась к Великой Ложе Франции в 1945 году и получила номер 680. Сеть «Восстановление Родины» («Patriam Recuperare»), состоящая исключительно из Братьев, была создана осенью 1940 г. Одноимённая ложа, почти полностью состоявшая из бывших членов сети, была торжественно открыта на Великом Востоке Франции 22 апреля 1945 года. Брат Боннар в своей речи воздал должное «Сопротивлению, которое укрепляет личность вместе с усилением нации» (Hivert Messeca 2000: 716). Сеть ложи была основой, но именно каждый отдельный Брат, каждое звено в цепи, его приверженность и личные действия придавали ей силу и эффективность. Выводы С XVIII века масонство распространялось, прежде всего, благодаря тому, что сами Братья распространяли слово: некоторые из них были знаменитыми, другие — простыми анонимными людьми, но все они были полны одного и того же идеала, и все собирались в ложах и признавали друг друга достойными людьми. Масонство породило великих людей и извлекло из этого пользу. Их имена в реестрах часто подчёркиваются, а их масонская жизнь изучается историками масонства. Эти великие люди, как утверждают, наслаждались атмосферой ложи, где должны царить Свобода, Равенство и Братство. Среди них были литераторы, художники и, конечно, солдаты, некоторые из которых (например, Лафайет, Вашингтон, Веллингтон, Боливар, Гарибальди) стали великими государственными деятелями. Наполеоновские войны выявили многих видных европейских масонов. Во время Мировых войн масоны принимали участие в дипломатических переговорах на самом высоком уровне, а также совершали скромные акты героизма, будучи «рядовыми» масонами. Ожидается, что во время войны масон будет действовать в соответствии с велениями своей совести, по-масонски, с уважением к принципам Ордена, которые были явлены ему с момента посвящения, с уважением к торжественной клятвой, которую он дал в своей ложе, и, прежде всего, с пониманием того, что его масонская деятельность, как полагается, позволила ему достичь и примирить — настолько гармонично, насколько это было в его силах — ценности, которые временами кажутся противоположными: с одной стороны, лояльность, решимость, верность, мужество, а с другой — вдумчивость, умеренность, сострадание, братолюбие. На церемонии Инсталляции Досточтимый Мастер получает Шейную Ленту (коллар), к которой подвешен Наугольник, символ его долга. Вкладывая его в него, Мастер Установки говорит: «Прими эту драгоценность, символ примирения необходимых и плодотворных противоположностей». Согласно масонскому пониманию, эти слова не только намекают на гармонию, которую Досточтимый Мастер должен поддерживать между Братьями во время церемоний, но они также указывают на свободу мысли каждого масона, когда он противостоит своим сомнениям, своим размышлениям, противостоит своему внутреннему напряжению, которое могут породить его обязательства, противостоит своей совести, когда он сталкивается с решениями и действиями, которые могут диктовать события. Масонство считается школой добродетели. Каждый ритуал с XVIII века повторяет это. Считается, что Брат, который живёт этим ритуалом на каждых Работах, который регулярно, год за годом, посещает свою ложу, не может не проникнуться до глубины души ценностями масонской традиции. Ценностями, которые Масонский Орден защищает и желает распространять, которых он по собственной воле придерживался с самого момента своего первого посвящения. Ценностями, которым учит и которые передаёт его ложа, и которые он сделал своими собственными за то время, что посещал её Работы. Ценности, которые он обнаруживал и развивал в себе, личные и невыразимые, сохраняются через действие и пример. Даже если это происходит в ложе на поле брани, считается, что масон всегда будет опираться в своих суждениях и своих действиях на память об этих торжественных обязательствах перед Орденом, перед самим собой, перед своей совестью. Рис. 26.4. Уинстон Черчилль и Франклин Рузвельт (фотография из Hamill and Gilbert 1992: 89, 127) Рис. 26.5. Оди Мёрфи (фотография из Hamill and Gilbert 1992: 89, 127) Рекомендованная литература Anderson, J. 1723. The Constitutions of the Free­Masons. Containing the History, Charges, Regulations, &c. of that most Ancient and Right Worshipful FRATERNITY. For Use of the LODGES. London: William Hunter. Bord, G. 1908. La Franc­Maçonnerie en France des origines à 1815. Vol. 1: Les ouvriers de l’idée révolutionnaire (1688-1771). Paris: Nouvelle Imprimerie Nationale. Chakmakjian, P. 2008. «Theological Lying and Religious Radicalism in Anderson’s Constitutions». Aries: Journal for the Study of Western Esotericism. 8, 167-190. Chevallier, P. 1974/1974/1975, Histoire de la Franc­Maçonnerie française. 3 Vols. Paris: Fayard. Hamill, J. and R. Gilbert (eds.). 1992. Freemasonry, a Celebration of the Craft. Cambridge: Mackenzie Publishing. Hazard, P. 1935. La Crise de la Conscience européenne. Paris: Boivin et Cie. Hivert-Messeca, Y. 2000. «Résistance». In E. Saunier (ed.) Encyclopédie de la Franc­ Maçonnerie. [Paris]: La Pochotèque, Le Livre de Poche, Librairie Générale Française, 712-716. Impens, C. 2008. «Concerning God and Religion. The way it was meant». Acta Macionica. 18, 7-21. Lausanne. 1875. Compte­rendu des travaux du Convent des Suprêmes Conseils du Rite Écossais Ancien et Accepté réunis à Lausanne (Suisse) en septembre 1875. Lausanne: Imprimerie Jaquenod. Lawrie, A. and C.A. Thory. 2001. Histoire de la franc­maçonnerie et de la Grande loge d’Écosse. Paris: Editions Ivoire-clair. Le Bihan, A. 1966. Francs­Maçons Parisiens du Grand Orient de France (fin du XVIII siècle) répertoire alphabétique. Paris: Bibliothèque Nationale. Le Bihan, A. 1967, Loges et Chapitres de la Grande Loge et du Grand Orient de France (2e moitié du XVIIIe siècle), Paris: Bibliothèque Nationale. Le Bihan, A. 1973. Les Francs­Maçons et ateliers Parisiens de la Grande Loge de France au XVIIIe siècle. Paris: Bibliothèque Nationale. Lennhoff, E. and O. Posner. 1975 [1932]. Internationales Freimaurerlexicon. Wien & München: Amalthea-Verlag. Mackey, A.G. 1946. Encyclopedia of Freemasonry. Revised and enlarged by R.I. Clegg with illustrations and descriptive index, 3 vols. Richmond, Virgina: Macoy Publishing and Masonic Supply Company, Inc. Edition used: 1966. Noël, P. 2006. Guide des Maçons Écossais. Les grades bleus du REAA: genèse et développement. Paris: A l’Orient. Quoy-Bodin, J.-L. 1987. L’armée et la Franc­Maçonnerie. Paris: Edic-Economica.
  7. Осталась неделя до выхода 8-го номера масонского журнала "Философский камень"! Присылайте свои статьи, Зодческие, переводы, чтобы номер стал ещё насыщеннее!
  8. Остался месяц до выхода 8-го номера журнала (предполагаемая дата выпуска - 27 апреля).В номере:- Табели Египетского масонства Калиостро. Тайны ста степеней (продолжение) - Итальянские Угольщики начала XIX века (Опыт исторического исследования) (продолжение) - Масонство и практика бизнеса - «Правильно заданный вопрос приближает вас к истине» - Как я стал Карбонарием - «Брат наш, Великий Мастер Вселенной»: Иисус Христос как прообраз Мастера Карбонария - Этологические основы Справедливости - Газели и рубаи Присылайте свои статьи, Зодческие, переводы, чтобы номер стал ещё насыщеннее!
  9. Закончил свой Диван - ну, Диванчик. Как и положено, в нём на каждую букву алфавита заканчивается первая строка хотя бы одного (у меня - одного) стихотворения - газели или рубаи (с технической точки зрения, рубаи - это минимальная газель). А 1. На ярмарку в Басре приходит Ходжа, Палатки и лавки обходит Ходжа. 2. У стойки, где меткостью лучники блещут, Хвастливые речи заводит Ходжа: 3. «Вы б съели халат свой, узнавши, как метко Стреляет при всякой погоде Ходжа!» 4. Стрелки в него взоры метают сердито, Из них самый меткий выходит: «Ходжа! 5. Ты речи не трать, покажи свою удаль: Слывёт пустословом в народе Ходжа!» 6. Что ж делать! Ходжа направляется к стойке, И лук неуклюже наводит Ходжа. 7. Стрелу положив, тетиву отпускает... Стрела твоя влево уходит, Ходжа! 8. «Так староста наш деревенский стреляет», — Итоги уроку подводит Ходжа. 9. Другую берёт, тетиву отпускает... Стрела твоя вправо уходит, Ходжа! 10. «А так воевода багдадский стреляет», — Итоги уроку подводит Ходжа. 11. Так, стрелка за стрелкою мимо и мимо, Народ веселя, колобродит Ходжа. 12. Но рано ли, поздно — бывает такое! — (Не так уж, видать, сумасброден Ходжа!) 13. Случайно стрела отправляется прямо И в самое яблочко входит! Ходжа 14. Глядит, как затихли крикливые толпы, Их взглядом победным обводит Ходжа: 15. «А так, — говорит, — я стреляю обычно!» — И с ярмарки гордо уходит Ходжа. 16. ...И мне так порой прихвастнуть удаётся: И Отис я, вроде, а вроде — Ходжа. Б 1. Нет сомненья — Аллаху Адам не ребёнок, а раб: Пред десницею Божьей он так неразумен и слаб. 2. Но не доброе ль дело — рабов отпускать на свободу? Отпусти на свободу потомков Адама хотя б! В Переложение авторского стихотворения «Нонконформизм» 1. Я свой чувак в любом из Семи Миров: Без стыда и сомнений сброшу любой покров. 2. Если осень пришла — наращиваю жирок, Если весна — я один из весенних котов. 3. Всех, кто учит жизни, я посылаю легко На овощ, что редьке подобен числом сахаров. 4. Первым в драку — прости, не дурак. Но случись война — Не помыслю тише воды быть среди боёв. 5. Голосуя, смотреть не пытаюсь на джунгли рук: Мой осёл быстрей всех эмировых скакунов. 6. И пока ты постишь котиков в соцсетях, С берегов Преголи к Дагону свой отправляю зов. 7. «Постыдился б! — скажешь. — Уже седина в висках! Двоежёнец (прошлых, а то и грядущих годов), 8. Раздолбай, бандеровец, а хуже того — поэт (Чьи стихи райским кущам — хуже любых сорняков)!» 9. Но дожди смывают твою золотую скрижаль: Я стихи Цурэна прочту даже без штанов, 10. А под вечер, сгребя в охапку рюкзак и дочь, К лягушачьей царевне иду, что живёт средь мхов. 11. Я хорёк в курятне, средь жаворонков — сова. Я готов прощать — но прощенья просить не готов. 12. Будет Отис в любом из Семи Миров своим, Но не будет в твоём — и за дюжину пирогов. Г 1. Я ни единой грани не отверг, Калининград, Твангесте, Кёнигсберг, 2. Где до прихода пращуров косматых Ковал мечи и кольца мудрый цверг, 3. Где приставали к берегам драккары, И щит латал израненный берсерк, 4. Где рыцари, вернувшись из похода, Звенели кубками в Страстной Четверг, 5. Где, опьянённый гиблыми речами, Свет разума, казалось бы, померк, 6. И где над восстановленным Собором Раскрасит нынче небо фейерверк. 7. Каким бы ни был ты в иные годы — Я ни единой грани не отверг. Д 1. Посмотри! прорезает пучину небес звездопад, Как иные пред ним миллионы столетий подряд. 2. Даже если случится ещё миллиард звездопадов, Ни звезды не убудет от света небесных палат. Е Из «Багх-и-Муаттар» Алистера Кроули 1. Я ль — сар длиннобородый в тюрбане? Ты ль — мальчик, что прекрасней всех планет? 2. Ты мой; я на тебе оставлю шрам: Сильней, чем ты — любовный шрам на мне. 3. Перед мужами опозорен ты. Прекрасно! не придут они и не 4. Прервут любви; летим же сквозь миры С луной в шатре на золотом слоне! 5. Вот Дом Аллаха; вот Небес предел; Преграда ли любви в такой стене?! 6. Ты Мне вреда не в силах причинить, Но Отчуждённость Близости сильней. 7. Тюльпаны, розы, жемчуга горят. О, сколь прекрасен пламень их огней! 8. Фарфоровою чашей — подекс твой С жасминным ароматом в глубине! 9. Наш веер — ветер; балдахином — ночь; Постель подобна россыпи камней. 10. Рука тверда; пей с аль-Кахаром, друг, Бокал любви (со смертию на дне)! Ё 1. Всё Твоё, что под солнцем, и что под луною — Твоё. И небесное царство, и царство земное — Твоё. 2. А моё — на коротком пути от пелёнок до гроба Пить вино и уста целовать. Остальное — Твоё. Ж 1. Раздет до костей, словно Мани, распят, как Халладж, Я це́лую вечность готовлюсь отправиться в хадж. 2. Я пренебрегаю намазом, постом и закятом, Я триста веков не плачу ни джизью, ни харадж 3. Захлопнутся враз предо мною врата Тариката, Не выдаст никто мне ни старую хирку, ни тадж. 4. Пусть я не Бурак, и куда уж мне до Мухаммада, Пусть мне не грозит ни Исра, ни, тем паче, Мирадж, — 5. Возьму кабачков и моркови, зажарю барашка: Отличный у грешника Отиса выдался садж! З 1. Даже если ты — только тень из Долины Грёз, Твой упругий стан буду я прославлять всерьёз. 2. Ни одна из тех, с кем делил я постель и кров, Не достойна и тонкой пряди твоих волос. 3. Что они! кумиры, которых недолог век, Для того, кто губы наутро кусал до слёз 4. Оттого, что твой облик — неуловимей снов, Что остаться вечно в грёзах не довелось. 5. Пусть гордится беспечно жёнами Сулейман, Зуль-Карнайн — широтой владений, богатством — Крёз, — 6. Их богаче Отис, счастливее во сто крат, Ибо видел Розу незримее всяких роз. И 1. К небесным знакам все созданья чутки: Полярной ночью — два намаза в сутки, 2. А если пост придётся на неё — Так можно не поститься ни минутки. Й 1. Светлее Света, Темноты темней. За гранью всех «о Нём» или «о Ней». 2. Высот превыше. Глубже глубины. Моложе мига. Вечности древней. 3. Отвне всех толков, всякой веры сверх. Пустот пустее. Полноты полней. 4. Нигде, где «Что». Везде, где «Ничего». Шумней, чем гром. Безмолвнее камней. 5. За всякой буквой. Под любым числом. Мудрее мудрых. Дурака дурней. 6. Святей святых. Ничтожнее свиньи. Квазара жарче. Хлада холодней. 7. Ни разуму, ни сердцу не вместить. Внутри всех мер. Во чреве всяких дней. 8. Каких бы Отис слов ни написал — Ей Одному (Ему Одной) видней. К 1. Каждому племени, каждому часу — пророк. Вторит усердно небесному гласу пророк. 2. Он прозябает в лесу и стоит у порогов, И сторонится шелков и атласа пророк. 3. Если бы ты в свой черёд не изведал пороков, Что же твоя голова седовласа, пророк? 4. Знай: ни единый пророк не приходит до срока, Впрок не пророчит прожорливым массам пророк. 5. Кто бы ни звался сегодня Печатью Пророков, Свой ожидает и новую расу пророк. 6. Отис, ты слышишь камней вулканических рокот? Не позабудет твои выкрутасы пророк. Л Из Мансура аль-Халладжа 1. Аллах! какой бы день ни расцветал, Ты сердце мне любовью согревал. 2. Я никогда не говорил с людьми, Чтоб из меня им Ты не отвечал. 3. Ни весел не был Ты, ни огорчён, Но в сердце с каждым чувством пребывал. 4. Я воду пил, не жаждою томим, Но потому, что Ты ручьём журчал. 5. Хоть на руках, хоть припадая ниц, Когда б я мог, к тебе бы прибежал... 6. Дитя, коль ты решил мне спеть, так пой, Прости, что я жестокосердым стал. 7. Религия людская — для людей, Мою же — для меня Ты подыскал. М 1. Нос твой мягкий, тёплый твой нос, Майсам... Ты из битвы меня унёс, Майсам. 2. Нет позора мне в том, что покинул бой, Если вился за мною твой хвост, Майсам. 3. Света белого, белых снегов белей Грива чёрных твоих волос, Майсам. 4. А когда без меня уходил один, Мне не елось и не спалось, Майсам. 5. Я готов на тебя променять был сад, Полный гурий, вина и роз, Майсам. 6. Был бы мне и Рая милее Ад, Если б ты нёс в Долину Слёз, Майсам. Н Из Хакима Саад-ад-Дина Низари Кухистани 1. Я омылся в руинах, молился я, пьян, Видел пашню в долинах, всяк пашущий — пьян. 2. Пьян Адам, Ева пьяная, пьяные дети, Пьян страдалец невинный, палач его — пьян. 3. Пьян привратник, Марьям, и душа, и монахи, Мама с дочкой и сыном, и муж её пьян. 4. Пьян слуга и портьера, река и сказитель, Банка, кубок, картины, лес пьян, ветер пьян. 5. Пьян младенец, преступник, янтарь пьян и ладан, Шейхи и муэдзины — всяк пьян, каждый пьян. 6. Пьян и бубен, и дудка, и арфа, и лютня, Пьян и толстый, и длинный, и средненький пьян. 7. Пьян и разум, и тело, и чувство, и воля, Пьян и стыд, и гордыня, пьян нрав, гонор пьян. 8. Пьян гранат, и вода, и земля, и пространство, Пьян и миг, и година, день пьян, вечер пьян. 9. Пьян внутри и снаружи, в мирском пьян и в вечном, Пьян и присно, и ныне, и в вечности пьян. 10. Пьян добряк Низари и его порицатель — Пьян любовью старинной, ошибками пьян. О 1. Пока я пью украдкою вино, Вам кажется загадкою вино: 2. Хотя оно запретно для живущих, В Эдеме хлещут кадкою вино. 3. Для вас и для меня струятся лозы, Вливаясь тонкой прядкою в вино, 4. Но вам — изюм незыблемых догматов, А мне свободы сладкое вино. П 1. Если, Господи, снова на Землю направишь потоп, Что стирает волнами различье дворцов и трущоб, 2. И у тех, кто мечтает спастись посреди океана, Страх на лицах не даст разобрать, кто тут царь, кто холоп, 3. Подскажи пареньку, что взирает на них с вертолёта, Помогая добраться до базы спасателей, чтоб 4. Вспомнил лица, что чаще мелькали на первых станицах, И, коль встретит средь волн, — зашвырнул им булыжником в лоб. 5. Может, станет понятно, что мир наш не так безнадёжен, И не так уж и нужен Тебе будет этот потоп. Р 1. Аламут, Масада ли, Монсегюр — Я оставлю след свой в твоём снегу. 2. Я юнцом явился на твой порог И дожить до старости не смогу. 3. Облетает листьями календарь, Но на том, на этом ли берегу 4. В сердце вязь щербатых твоих камней Я заветным росчерком сберегу. 5. Стен прочней, к тебе преграждает путь Тень последних двух или трёх фигур... 6. Что нам стены! — стены — у нас в груди: Даже пав, не сдастся вовек врагу 7. Каэр Морхен, Гондолин, Танелорн, Аламут, Масада ли, Монсегюр... С Переложение песни «В лесу родилась ёлочка...» 1. В степи родился кипарис, Он ввысь стремился, кипарис, 2. Зимой и летом, как смарагд, Твой ствол искрился, кипарис. 3. Самум касыду напевал, И спать ложился кипарис. 4. Песок по пояс засыпал, Чтоб не склонился кипарис. 5. Тушканчик-трус что было сил К тебе пустился, кипарис, 6. Чтобы шакал, степной шакал, Им не разжился, кипарис. 7. Вот за барханами, шурша, Песок вспылился, кипарис, 8. В пыли надменный дромадер К тебе спустился, кипарис. 9. На нём усталый бедуин В седле гнездился, кипарис. 10. Его тяжёлый ятаган В твой стан вонзился, кипарис... 11. Теперь, украшен мишурой, В аул явился кипарис. 12. И вкруг тебя детишек рой Всю ночь резвился, кипарис! Т 1. Если я Абсолютом зову Абсолют — Мне от жаждущих Духа салям и салют. 2. Если Богом Его назову — всё равно И амриты, и в уши нектара нальют. 3. Будь то Брахма, иль Дао, иль Шакти, иль Дух — Примет имя любое возвышенный люд. 4. Даже Космос и Хаос найду средь имён В трансцендентном меню экзотических блюд. 5. Но лишь только Аллахом Его назову — Люд возвышенный сразу становится лют: 6. Мол, шахид, ортодокс, террорист, моджахед, — И на копи сошлют, и подальше пошлют. 7. Хоть в лепёшку верблюжью разбейся теперь — Не докажет им Отис, что он не верблюд! У Из Хаджу Кермани 1. Вино я пить, как прежде, снова буду. Своё под лютню петь я слово буду. 2. Вновь пламень в сердце воду одолел, И я искать к решенью повод буду. 3. Пускать я снова за глоток вина По ветру свой халат дешёвый буду. 4. В трактире для приятелей своих Воспламенять я сердце кровью буду. 5. Опять искать свидания с тобой И избегать я мудрых зовов буду. 6. Глядеть, как поднимается потоп, Сметая с сердца все покровы, буду. 7. Я буду пить, как прежде, до утра, Звать в гости солнца луч багровый буду. 8. Раскаиваться, что и спал, и ел, Поспавши и поевши плова, буду, 9. И прозвище Трактирного Хаджу Оправдывать всегда готов — и буду! Ф 1. Посланник Аллаха, Юсуф ибн Ясиф, Стоишь средь собратьев, могуч и ретив, 2. Читаешь аяты о Часе и Дне, Молитвою сердце своё укрепив. 3. Пусть джинны не верят виденьям твоим, Что шепчешь им, волю Аллаха открыв, — 4. Что горя с того! Ты — Рождённый Огнём, Юсуф ибн Ясиф, правоверный халиф. 5. Твой стержень стальной охраняет миры, И джинны не встанут тебе супротив. 6. Во веки веков не угаснет твой род, Посланник Аллаха, Юсуф ибн Ясиф. ............................................................ 7. Иного избранца взлелеял Аллах: Из глины звенящей, бескрыл и криклив, 8. Он станет превыше Рождённых Огнём, Познанья с запретного Древа вкусив. 9. Твой пращур склониться пред ним не посмел: Прервётся ли древнего рода мотив? 10. Надежда джиннати — твой стержень стальной: Храни же его, о возвышенный див, 11. Пока Микаила карающий меч Не вторгся в укрытье твоё средь олив! 12. Смотри же: по следу летят херувим! Оставлен Аллахом Юсуф ибн Ясиф. ............................................................ 13. О джинн, ты не носишь воздушных одежд, Их лёгкость на тяжесть доспеха сменив. 14. Нечасто придётся тебе отдыхать От звона боёв средь раскидистых ив! 15. Ты шепчешь, как некогда джиннам — Коран, Потомкам Адама Шамс аль-маариф. 16. До Часа, в котором сомнения нет, Считает часы за приливом прилив. 17. Изглажено временем имя твоё, Твой стержень из стали — забывшийся миф. 18. Лишь Отис не сможет забыть о тебе, Презревший Аллаха Юсуф ибн Ясиф. Х 1. Я родился и вышел навстречу, Аллах! Вижу Мать. «Ты, — спросил я, доверчив, — Аллах?» 2. Обнимая меня, улыбнулась лукаво, Положила мне руки на плечи: «Аллах!» 3. Оглянусь — вижу Город, что Матери выше. «Мама, — хмыкну хитро, — что за речи — “Аллах”!» 4. К небу Город вздымался могучею глыбой. Может, этот оплот человечий — Аллах?.. 5. Он стеклом дребезжит, и гудит проводами, И металлом гремит бессердечно: «Аллах!» 6. Оглянусь — вижу земли, что Города шире. «Ну ты, Город, даёшь! Что за речи — “Аллах”!» 7. Распростёрлись края от пустыни до тундры. Я ликую: «Вот ты и замечен, Аллах!» 8. Голос Родины слаще душистого мёда: «Я Аллах, я Аллах, я, — щебечет, — Аллах!» 9. Оглянусь — вижу Землю, что Родины краше. «Хватит, Родина, врать! Что за речи — “Аллах”!» 10. Всё Им дышит вокруг: и глубины, и выси, Здесь и кит, и пингвин, и кузнечик — Аллах! 11. И зарделась Земля от вопросов наивных, Отвечает, не в силах отречься: «Аллах!» 12. Оглянусь — вижу Солнце, планеты древнее, «Ну, Земля, — усмехнусь, — что за речи — “Аллах”!» 13. Солнце — огненный шар, порождающий светоч. «Не тобой небосвод ли расцвечен, Аллах?» 14. Солнце хмурится пятнами, вихрями вьётся: «Это я, так и знай! недалече Аллах!» 15. Оглянусь — вижу Звёзды, что Солнца сильнее, Солнцу кажут перстом: «Что за речи — “Аллах”!» 16. Льётся музыка сфер в резонансе фотонов... «Может быть, это вы — безупречный Аллах?» 17. Звёзды в тысячу глаз отвечают мерцаньем: «Это мы — Бесконечный и Млечный Аллах!» 18. Оглянусь — вижу Мир в миллиарды галактик, Отвечаю им всем: «Что за речи — “Аллах”! 19. За великой стеной сингулярной плаценты Мир, конечно же, вечен, как вечен Аллах!» 20. Бури Хаоса в древнем бульоне энергий Выплетают узор: «Я — беспечный Аллах!» 21. Огляделся — Ничто за пределами Мира. В каждом встречном Аллах. И не встречен Аллах. 22. Только помню: в дорогу отправился Отис И спросил: «Ты Аллах?» Я отвечу: «Аллах!» Ц 1. Из своей бакалейной меня не гони, продавец! Молока и сухариков мне протяни, продавец! 2. Не гляди, продавец, что лицо моё маской не скрыто: Нет её и на сердце — на это взгляни, продавец! Ч 1. Сто веков, как раздаётся клич: «Кто возьмётся Господа постичь?» 2. Кто бы ни постиг чего в итоге — Ложь и дичь расскажет, ложь и дичь. Ш 1. Я телом — как одно из тел, душой — одна из душ. Порой сойду за мудреца, порой сморожу чушь. 2. А если стану утверждать, что Истину изведал — Тащи меня дурной башкой да под холодный душ. Щ 1. Ты, Господь, воистину всемогущ: Утвердил делянки заветных пущ. 2. Чтобы в лес не лезли кому ни лень — Стережёт его ядовитый плющ. 3. И не слышен лязг топоров и пил, Древний лес по-прежнему жив и сущ. 4. Но, от птичьих клювов храним плющом, Тихо точит корни коварный хрущ. Ъ 1. Плоть моя городами изъ- -язвлена. Предо мною близ- 2. -кое сделалось дальним, разъ- -единяясь отверху вниз. 3. Паутина дорог — до слёз, но и слёзы мои — не чис- 4. -тые капли дождей и рос — антрацитовой нефти брыз- 5. -ги из трещин моих и жил едкой плёнкой по телу. Ис- 6. -синя-чёрный мой шар над безд- -ной меж «быть» и «не быть» повис. Ы По мотивам 55-й суры Корана 1. Хвалите Аллаха за то, что вы живы! Подлогов не делайте ради наживы! 2. Есть листья, и травы, и злаки, и фрукты: Какая же милость от Господа лжива? 3. Вот джинны из пламени, люди из глины: Какая же милость от Господа лжива? 4. Владыка закатов, владыка восходов: Какая же милость от Господа лжива? 5. Солёное море встречается с пресным: Какая же милость от Господа лжива? 6. В обоих морях — жемчуга и кораллы: Какая же милость от Господа лжива? 7. Плывут по обоим суда с парусами: Какая же милость от Господа лжива? 8. Всё смертно. Лишь Лик Всемогущего вечен. Какая же милость от Господа лжива? 9. Молитвам Земли и Небес отвечает: Какая же милость от Господа лжива? 10. Господь будет с вами, два избранных рода! Какая же милость от Господа лжива? 11. О люди! О джинны! Пронзайте пределы! Какая же милость от Господа лжива? 12. От пламени вы не спасёте друг друга. Какая же милость от Господа лжива? 13. Вот небо разверзнется маслом кипящим... Какая же милость от Господа лжива? 14. Ни слова не скажет никто в оправданье... Какая же милость от Господа лжива? 15. Возьмут нечестивцев за стопы и космы... Какая же милость от Господа лжива? 16. Швырнут меж огнём и кипящей водою. Какая же милость от Господа лжива? 17. А праведным Бог уготовил два сада: Какая же милость от Господа лжива? 18. В обоих садах зеленеют деревья: Какая же милость от Господа лжива? 19. В обоих садах — по источнику влаги: Какая же милость от Господа лжива? 20. В обоих садах есть медовые фрукты: Какая же милость от Господа лжива? 21. Возлягут они, услаждаясь плодами: Какая же милость от Господа лжива? 22. И девы невинные будут меж ними: Какая же милость от Господа лжива? 23. Подобны рубинам они и кораллам: Какая же милость от Господа лжива? 24. За доброе дело — добром воздаянье: Какая же милость от Господа лжива? 25. Пред теми двумя — и иные два сада: Какая же милость от Господа лжива? 26. Под листьями тёмно-зелёного цвета —. Какая же милость от Господа лжива? — 27. В обоих бурлят два источника тоже. Какая же милость от Господа лжива? 28. В обоих есть фрукты, гранаты и пальмы: Какая же милость от Господа лжива? 29. Там тоже есть девы, чей облик прекрасен: Какая же милость от Господа лжива? 30. Они — чернооки, они — большеглазы (Какая же милость от Господа лжива?), 31. И прежде не знали ни мужа, ни джинна. Какая же милость от Господа лжива? 32. Они возлежат на зелёных подушках. Какая же милость от Господа лжива? 33. Хвалите Аллаха, читая аяты, Что Отис в газель воплотил от души вам! Ь Из Некрономикона 1. Кому дано познать Каф сокровенной твердь? Нет, не постичь её тем, чья дорога — в смерть! 2. Таит она свой свет во временах нетленных: Меж тем, что было, есть, и тем, что будет впредь! Э 1. Жил да был один котэ У Хайяма-поэтэ, 2. Занимался рубаями И астральным каратэ, 3. А к Басё с его кисёю Бегал каждое мартэ. Ю 1. Я готов быть двумя, четырьмя, девятью и семью: Приглашу их домой, усажу их за стол на скамью. 2. Ты же только Один, раз уж имя Твоё — Бесконечность, Будешь даже Ничто, но второго не примешь в семью. Я 1. Тебе пою свою хвалу, свинья! Тебя не подадут к столу, свинья: 2. Господь отдал твой жребий на закланье Волу, барану и козлу, свинья! 3. Зелёный лук им светит и петрушка, А твой удел — зелёный луг, свинья! 4. Смотри же, кони, гордые творенья, Крутую знают кабалу, свинья, — 5. Тебя же не согнуть тяжёлым гнётом Уздечке, плугу и седлу, свинья! 6. Когда же в День Последний нам назначат Кому сады, кому смолу, свинья, 7. И всяк получит свой удел и плату, — Учти — и сильно не балуй, свинья: 8. Вино, что нынче Отису запретно, С хамоном подадут к столу, свинья!
  10. Масонство, прежде всего, не религия, а среди масонов есть не только верующие, и не только верующие авраамических религий. Так что вопрос совместимости целиком на совести каждого отдельного масона.
  11. Чтобы быть просто "скорее хорошим, чем плохим", особых знаний не нужно, даже наоборот - они часто препятствуют этой "скореехорошести". Знания (причём далеко не только "оккультные") дают возможности для реализации как в ту сторону, которая обычно считается "хорошей", так и в ту сторону, которая считается "плохой". Они повышают не только возможности, но и ответственность за то, как этими возможностями распорядиться. Вместе с тем они "взламывают" любые рамки "хорошо-плохо" и выходят за них, так что судить, стал человек "лучше" или "хуже" может только сам человек. Хотя, поскольку этика - механизм эволюционный, в большинстве случаях (но не во всех, а в некоторых общественно значимых - даже наоборот) "хорошее" поведение является выигрышным, и человек больших знаний не может этого не понимать. Поэтому буддизм часто ставит авидью в корень всех прочих клеш, и поэтому Иоанн хуже "холодных" и "горячих" ставит тех, кто "ни холоден, ни горяч".
  12. В глобальном плане это скорее происходило задолго до вступления в Братство и постепенно, всю жизнь, и как раз, помимо прочего, результаты этих трансформаций меня сюда и привели, так что я шёл сюда не за трансформациями, а за дополнительным каналом их реализации. А вот в частностях, конечно, было много и новых знаний, и нового опыта, и новых озарений. Но, конечно, поскольку моя практика началась не с масонства и масонством не ограничивается, практически невозможно разграничить, какие из трансформаций последних нескольких лет пришли "по масонской линии", а какие - по каким-то другим. Да и не вижу смысла делить себя на "до масонства" и "после масонства", на "внутри масонства" и "вне масонства", на "из-за масонства" и "не из-за масонства".
  13. Это "диалектическое единство" меня самого как познающего субъекта и внешнего мира как источника познания.
  14. Начнём с того, что среди масонов было очень большое количество атеистов. Далее, о том, как увязываются мои представления с масонством, я подробно рассказал под повязкой своим будущим (на тот момент) Братьям и Сёстрам, и они сочли мои взгляды совместимыми с масонством. В частности, для меня В.А.В., с одной стороны, имманентен Вселенной как таковой, с другой - представляет собой то, что можно назвать Царством Божьим внутри нас, Самостью, Священным Ангелом-Хранителем, Даймоном, Природой Будды и т. д. Далее, я прекрасно могу работать в различных метафорических и символических моделях. Совсем не обязательно верить в говорящих животных, чтобы понимать ценность басен Крылова. Та же легенда о Хираме прекрасно перекладывается на символизм египетской, мусульманской, месоамериканской и многих других мифологий (при желании можно подобрать ей аналог даже в мире Лавкрафта или Толкина), даже многие верующие масоны воспринимают эту легенду именно как аллегорию, а не предполагают, что она случилась на самом деле. За основу в масонстве берётся не храм какого-то конкретного божества, а троичный храм - наш внутренний Храм, Храм окружающего нас общества и Храм Вселенной. Понимание законов Храма Вселенной помогает нам совершенствовать наш внутренний Храм, который, в свою очередь, помогает улучшать и Храм промежуточный.
  15. Я атеист. Ну или пантеист, смотря с какого ракурса смотреть (как известно, 0=1 - в том смысле, что фраза "Бога нет" типологически тождественна фразе "Всё есть Бог", поскольку Вселенная и Бог отождествляются, и нет смысла выделять две отдельные категории). В любом случае, я предпочитаю говорить "не знаю" там, где не знаю, а не утверждать наверняка нечто принятое на веру.
×
×
  • Create New...