Суворов и кенигбергское масонство


15 posts in this topic

Posted

Вот небольшая выжимка работы, данные которой не удалось разместить в Википедии:

 

Среди материалов, недавно получивших описание в Научно-исследовательском отделе рукописей Российской государственной библиотеки (фонд - Калининград (Кенигсберг). Коллекция) находится рукописная книга, представляющая собой Протоколы заседаний лож Святого Андрея и Трёх корон в Кёнигсберге за 1760-1768 годы (183 листа).

Судя по пометам на книге она была приобретена в букинистическом магазине и хранилась одно время в НИИ защиты здоровья Академии медицинских наук в Москве (шифр НИИ - 631), откуда была передана уже Отдел рукописей.

На титульном листе книги авторство книги приписана Иоганну Фридриху Гарткноху-старшему (1740 - 1789). Личность этого человека достаточно примечательна, чтобы сказать о нём несколько слов. В 1755 изучал теологию и право в Кёнигсберге. В 1763 (1762) приехал в Елгаву (Митаву) в качестве заведующего филиалом магазина кенигсбергского книготорговца и масона И. Я. Кантера (Кантора). Вскоре открыл собственный книжный магазин в Митаве, а в 1765 окончательно переселился в Ригу (где продолжил также и свою масонскую деятельность). По примеру своего учителя Кантора Гарткнох попытался оборудовать собственную типографию, но затем стал печатать книги в Лейпциге, Берлине, Митаве и др. городах. В числе трудов Гарткноха следует назвать первые издания И. Канта. Гарткнох был также другом и первым издателем сочинений известного немецкого писателя и масона И.Г. фон Гердера. Занимался также Гарткнох продажей русских изданий за рубежом. С 1783 он фактически монопольно поставлял книги из-за границы в Академию наук в С.-Петербурге. 

Однако изучение документов позволяет опровергнуть авторство Гарткноха, он занимал должность секретаря иоанновской (первых трех степеней) ложи Трёх корон в Кёнигсберге лишь в 1761 году, протоколы же масонских мастерских как Святого Андрея (высших степеней), так и Трёх корон составлялись разными лицами, исполнявшими должность секретаря в ложах. Вероятно, имя Гарткноха появилось на книге, так как он предполагал составить и напечатать историю кенигсбергских лож (сходные примеры многочисленны для конца XVIII – начала XIX вв.).

Следует также сказать несколько слов о ложах в Кёнигсберге и причинах их появления. 

Возникнув как феномен Нового времени в1717 году в Англии, масонство быстро распространилось на континент, и уже в 1738 году первая масонская ложа появилась и в Пруссии, куда сразу же стали вступать и российские подданные. В 1740, практически с восшествием на прусский престол масоном становится Фридрих II Прусский (Великий), что обеспечивает быстрое распространение масонства в Пруссии. Была создана своя ложа и в Кёнигсберге, подчинявшаяся Берлину, в которую входили преимущественно местные купцы и преподаватели университета, в числе которых были уроженцы тогда уже российской Лифляндии.

Однако, как известно, во время Семилетней войны русские войска оккупировали Восточную Пруссию, граждане которой (в том числе и знаменитый И. Кант) принесли присягу на верность русской короне. В Кёнигсберге (до заключения Петром III мира с Пруссией) от имени русской императрицы правили генерал-губернаторы, среди которых был и отец знаменитого полководца А.В. Суворова – Василий Иванович. С занятием русскими войсками Кёнигсберга и окрестностей встал вопрос о привлечении на свою сторону симпатий местного населения. Императрица Елизавета Петровна «терпимо» относилась к масонству. Помимо доминировавшего в Петербурге в те времена «французского» масонства, негласным главой которого (как и определенной придворной группировки) был один из фаворитов царицы И.И. Шувалов, существовало в России и другое направление (прогерманское), виднейшими представителями которого были К.Г. Разумовский, З. и И.Г. Чернышевы, вступившие в прусские ложи еще в начале 1740-х годов.

По мнению русских правящих кругов для укрепления позиций в Восточной Пруссии можно было использовать и масонство. Для этого в Берлин было направлено прошение об открытии в Кёнигсберге ложи высших степеней – Святого Андрея, формальными руководителями которой были объявлены даже прусские офицеры (это в условиях войны и оккупации!). Подобное разрешение было получено, и в С.-Петербург из Берлина был направлен специальный посланник (Ф.Э. Баден), который привез официальное разрешение на открытие ложи. Несомненно, что контакты масонские в XVIII веке были одной из форм контактов дипломатических, и взаимное прусско-русское согласие на масонские работы должно было предоставлять арену для подготовки будущих мирных соглашений. Берлин дал разрешение на масонские работы уже русских подданных в Кёнигсберге, взамен этого в ложе Святого Андрея были введены две степени масонства «французского», доминировавшего в России. Помимо этого для своего рода контроля над бывшими прусскими подданными и масонами был поставлен номинальный «гроссмейстер», которым стал немец по происхождению, военный инженер на службе у Елизаветы Петровны Иоганн Фридрих Эттингер (1714 – 1767), активный участник боевых действий Семилетней войны. Эттингер фактически в ложе Святого Андрея не появлялся, так как ко времени открытия работ ложи уже был отозван в С.-Петербург, где получил чин генерал-майора и назначение в Оренбург.

В июне 1760 года из Берлина (незадолго до взятия города русскими войсками) был получен патент на открытие ложи «высших степеней» (именно эти протоколы дошли до нас). Была своего рода обновлена и кенигсбергская «иоанновская» ложа (работавшая в первых трёх степенях масонства), получившая новое название: К трем коронам. Даже в названии ложи содержался намек на возможное единство «трёх корон»: прусской, русской и французской. 

Возвращаясь собственно к документу, отметим его важность, в первую очередь для изучения состава ложи и активности отдельных её членов на заседаниях. 

Понять научную важность и значимость протоколов лож Святого Андрея и Трёх корон возможно лишь при сравнении рассматриваемого документа с другими аналогичными. Большинство протоколов и списков прусских лож в настоящее время хранится в так называемом Тайном государственном архиве прусского культурного наследия (Берлин). Долгое время масонские документы фактически не были доступны исследователям, так как по окончании Второй мировой войны хранились в Москве, а с 1949 года – в ГДР. Лишь в 1994 году, после объединения Германии, была создана специальная научная комиссия по изучению масонства (Инсбрук / Байройт), издававшая специализированный журнал, посвященный международным масонским исследованиям (Инсбрук). Ключевой фигурой указанной комиссии и редактором упомянутого журнала был Карл-Хайнц Герлах (род. 1935), который помимо многочисленных научных статей, в 2007-2012 годах издал трехтомное фундаментальное исследование «Масонство в старой Пруссии 1738-1806». Данное сочинение посвящено преимущественно именно анализу состава масонских лож. К сожалению, 3-й том, изданный в 2012 году и посвященный берлинским ложам, оказался не доступен. Тем не менее, во 2-м томе, К.-Х. Герлах приводит все ставшие известными на основании берлинского архива данные о ложах Трех корон и Святого Андрея в Кёнигсберге.

Сравнение опубликованных К.-Х. Герлахом списков и протоколов лож Святого Андрея и Трёх корон позволяет внести значительные уточнения. Большинство имен – членов кенигсбергских лож малоизвестны. Однако следует отметить, что исследование личных масонских связей между Кенисбергом, Ригой и С.-Петербургом (затем Москвой) представляют значительный интерес для изучения своеобразного «передачи опыта» в области книгоиздания и книготорговли в частности и взаимообмена культур в целом (влияние новаторских идей балтийских издателей Я. Кантора, И.Ф. Гарткноха и Я.Ф. Гинце на будущую Типографическую компанию Н.И. Новикова).

Особо следует остановиться на двух членах кенисбергских лож в начале 1760-х годов, внесшими вклад в российскую историю.

Во-первых, это данные о кенисбергском масонстве Тимофея Ивановича Клингштедта, одного из основателей Вольного экономического общества в России (его председатель с 1775 года) и инициатора изданий «Трудов» данного общества. Попутно отметим, что другие инициаторы создания ВЭО: Р.Л. Воронцов и И.Г. Чернышев были также масонами и что с 1765 года практически все ключевые посты в указанной организации занимали вольные каменщики. 

Во-вторых, это сведения о масонстве А.В. Суворова.

Несколько подробнее остановимся на этой теме. Известно, что так называемая «военно-походная» ложа в русских войсках в период Семилетней войны была создана масонской петербургской организацией только что упоминавшегося Р.Л. Воронцова и в 1760 г. работала в Мальбурге (Мальборке, Мариенбурге). На основании данных К.-Х. Герлаха и протоколов ложи Святого Андрея известно об активном участии в 1761-1763 годах в работе кенигсбергских лож русских военных. Часть из них уже прошли масонское посвящение ранее (вероятно, в том числе и в походной ложе), часть проходили церемонию посвящения уже в Кёнигсберге. В числе наиболее активных русских членов кенигсбергской ложи (он рекомендовал к посвящению не менее 6 новых членов) был подполковник Александр Суворов.

Еще в 1884 году Александр Фомич Петрушевский (1826 – 1904), военный историк в своем капитальном трехтомнике «Генералиссимус князь Суворов» (1884) сообщал со ссылкой на Московский архив главного штаба: «Есть также известие, что Суворов посещал прусские масонские ложи». 

Уже в 1935 году Татьяна Алексеевна Бакунина (Осоргина) (1904 – 1995) в книге «Знаменитые русские масоны», одна глава которой была посвящена генералиссимусу Суворову сообщала со слов «лица, имевшего доступ в архив ложи „Три глобуса“ в Берлине», что в списке членов кенигсбергской ложи «Zu den Drei Kronen» («К трем коронам»), представленных 16 марта 1761 года в ложу «Три глобуса», под № 6 значится «Oberleutnant Alexander von Suworow». Бакунина утверждает, что это был А. В. Суворов. Согласно Бакуниной, Суворов был посвящен и возведен в третью степень — мастера — в Петербурге в ложе «Aux Trois Etoiles» («Три звезды»), а 27 января 1761 года он был произведен в шотландские мастера в ложе «Zu den Drei Kronen» («К трем коронам») в Кенигсберге (где он навещал своего отца) и числился членом этой ложи до отъезда из Кенигсберга в начале 1762 года. 

Сценарист и режиссёр Вячеслав Сергеевич Лопатин (род. 1936) в ряде работ (в том числе в статье «Был ли генералиссимус А.Суворов масоном?» (2003)) вначале утверждал, что А.В. Суворов посещал ложу с мифическими "разведывательными целями", а затем, используя опечатку в работе Т.А. Бакуниной (oberleutenant вместо oberstleutennt), подверг вообще сомнению сведения  о масонстве полководца. Анализируя ряд сомнительных свидетельств о высказываниях Суворова, Лопатин пришел к выводу, что генералиссимус отрицательно относился к масонам и масонству и не мог быть членом ложи. 

Ошибка была допущена и в указанной работе К.-Х. Герлаха, который идентифицировал подполковника Суворова с отцом военноначальника - Василием Ивановичем.

Документальное свидетельство протоколов ложи Святого Андрея об активном участии в работе масонской мастерской Александра Суворова окончательно закрывает вопрос о принадлежности А.В. Суворова к Ордену вольных каменщиков.

 
5

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Большое спасибо тебе, лб.брат Samar.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Благодарю за интереснейшую информацию уважаемый Samar!

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Великая находка! Просто великая! Снимаю шляпу, Любезный Брат Samar :)

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

 

Документальное свидетельство протоколов ложи Святого Андрея об активном участии в работе масонской мастерской Александра Суворова окончательно закрывает вопрос о принадлежности А.В. Суворова к Ордену вольных каменщиков.

 

Лопатин, в частности, приводит "географический" аргумент: мол, Суворов был в Полтаве, следовательно, "не мог" быть в Берлине. Почему не мог? Видимо, потому что потому — Лопатин этого не объясняет. 

Собственно, от Полтавы до Берлина — максимум 1650 километров. Конному скакать неделю, если не меньше. Пешему — две недели похода. 

Очевидно, Лопатин плохо знает Географию и оценивает временные затраты на преодоления расстояний с позиций современника XX-XXI веков. 

Но для XVIII века неделя конного путешествия — вообще не срок. 

Эффект тут чисто психологический: назвать два разных города — "Берлин" и "Полтава" и только лишь на основании самого факта разницы топонимов опровергать свидетельство Тьебо. 

Для сравнения, от Полтавы до Санкт-Петербурга 1400 километров (см. "затем на короткое время приезжал в Петербург и Москву"). 

Т.е., до Санкт-Петербурга из Полтавы добраться не проблема, а до Берлина уже "проблема". 

 

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

 

Собственно, от Полтавы до Берлина — максимум 1650 километров. Конному скакать неделю, если не меньше. Пешему — две недели похода. 

 

Даж если на пути будет "почтовая" служба уровня Монгольской Империи, то  1500км. "скакать" не меньше месяца.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Сами хоть пораскинули бы мозгами.. средняя скорость лошади 35 км/ч (средняя на дыхалку в 80 км)

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Вот и получается что вся эта история годиться только "для тупоголовых Япошек"(с) (Фильм Убить Билла2))

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Сами хоть пораскинули бы мозгами.. средняя скорость лошади 35 км/ч (средняя на дыхалку в 80 км)

1650 км / 20 км/ч = 82 ч 30 мин ~ 4 дня Плюс два-три дня на остановки и ночлег. 

Итого, неделя. При скорости 35 км/ч: 1650 км / 35 км/ч = 47 ч 8 мин ~ 2 (два) дня.

Минимальная скорость почтовой кареты 11 км/ч . 

1650 км / 11 км/ч = 150 ч ~ 6 дней. +2-3 дня "туда-сюда" (остановки, смена карет, поломка кареты и пр.). Девять дней максимум при поездке на карете. 

И да, расстояние 1650 километров завышенное — с учетом вероятности выбора неоптимальных маршрутов, объездов и т.п.

Идите к чорту.

 

Edited by Max MT
0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Спасибо. Хорошо когда все делают за меня. Уважаю)) Так держать.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted (edited)

Кстати, письмо Суворова Г.А. Потемкину из Полтавы датировано 25-м июля. Следующее письмо Суворова И.Д. Канищеву — 15 сентября. Следующее письмо Потемкину -- 25 октября, и потом опять письмо Потемкину из Полтавы — ноябрь того же года (дата неразборчива).

Так что, наиболее вероятно, что в Берлин Суворов отлучался в промежуток между 25-м июля и 15-м сентября, это самый большой промежуток между письмами, нарушающий частоту корреспонденции (одно письмо в месяц).

То есть, со свидетельством Тьебо вполне совпадает.  

Итак, наиболее вероятно присутствие Суворова в Берлине — август 1779 года. Интересно, совпадает ли это с архивами немецких лож?

Кстати, расстояние от Полтавы до Кенигсберга по прямой 1111 км, а по дорогам 1200 км. Т.е., то Кенигсберга Суворову было еще ближе, чем до Берлина. 

Edited by Max MT
1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

 

 Интересно, совпадает ли это с архивами немецких лож?

можно у немцев-масонов спросить, интернет на дворе )

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

можно у немцев-масонов спросить, интернет на дворе )

Уже спросил. 

1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

Кстати, в 11-м номере журнала "Российская Федерация сегодня" за 2016 год есть статья "Русский Архистратиг Александр Суворов", фактически, повторяющая мифы Лопатина. 

 

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Posted

авра и

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now